Личная жизнь моего мужа

В город приехал всемирно известный режиссер; я отлично помнила, что несколько лет назад супруг восхищался им, считал его образцом для подражания. Он привез очень известный спектакль, которым восторгался чуть ли не весь мир. По крайней мере, не самая худшая его часть. При этом он давал всего одно представление, из чего легко представить, какой гигантский овладел всеми ажиотаж. Ладно, что цена билетов достигала космических величин, так ведь не достать. Все мои попытки оказались безуспешными, хотя я решила денег не жалеть. Даже если придется залезть в долги до конца моих дней. Впрочем, слава богу, с моей зарплатой это мне не грозило.

Оставалась последняя надежда на Гороховского, у которого имелись связи повсюду, разве только отсутствовали в патриархии. Хотя совсем не исключено, что были и там. По крайней мере, однажды я видела в его кабинете какого-то священнослужителя, с которым он разговаривал почти как со старым приятелем. И, судя важности манер и дороговизне рясы служителя Бога, то был далеко не рядовой священник. Но это так, к слову пришлось.

Набравшись то ли храбрости, то ли наглости я направилась к своему шефу. В последнее время мы виделись часто, но в основном мельком, решали текущие вопросы и расходились как в море корабли. Я знала, что он хотел бы иметь со мной более длительные контакты, но, если говорить честно, мне было совсем не до него. Дела семейные и не только семейные так поглощали мое внимание, что уделять ему время не было ни сил, ни желания. Хотя я понимала, что поступаю не правильно. Но я так редко поступаю правильно, что мне простительно такое поведение. По крайней мере, в собственных глазах, хотя не исключаю, что вы, может быть, и другого мнения.

Я пришла под конец рабочего дня, когда схлынул поток бесконечных дел, и можно было немного расслабиться. Что сибарит Гороховский и делал, он развалился в мягком кресле, перед ним на столе стоял бокал с коньяком. Я знала некоторые его привычки, поэтому эта картина меня нисколько не удивила. Даже обрадовала; когда он в таком настроении – с ним легче беседовать. Ох, как я, дуреха, ошибалась.

– Как здорово, что зашла, – обрадовался он. – Мы с тобой уже давно не виделись.

– Я сегодня в твоем кабинете была дважды.

Гороховский взял в руки бокал с коньяком и сделал такой широкий жест, что напиток частично пролился на его жутко дорогие брюки. Но он даже не взглянул на пятно, образовавшееся на самом интересном месте. Более подробную географию пятна, позвольте мне не указывать.

– Это не считается, это по делу. Я даже тебя не замечаю, только бумаги. Бумаги и переговоры, от этого можно обалдеть.

– Ты сам выбрал себе такую жизнь.

Сергей посмотрел на меня.

– А тут ты ошибаешься, это такая жизнь меня выбрала. Будь моя воля, я бы выбрал совсем другое.