Личная жизнь моего мужа

– Мы сейчас одни, – снабдила Эммануэль меня с самого начала полезной информацией. – Чувствуйте себя совершенно свободно.

– Постараюсь, – пообещала я. И в качестве доказательства без разрешения села в понравившееся мне кресло. Будем считать, что с этого начинается моя свобода в этом доме.

Обычно немного чопорная, строго, как полагается верной католичке, и элегантно, как положено истиной француженке, одетая, сейчас хозяйка дома выглядела несколько иной. На ней было простое обтягивающее трико, которое рельефно подчеркивала ее зрелые формы. Будь я мужчиной, то не осталась бы равнодушной к этому волнующему зрелищу. Но, будучи женщиной, лишь бросила на них беглый взгляд и сразу же забыла.

Эммануэль неожиданно села не в кресло, а рядом со мной на пол, точнее на ковер. Некоторое время она смотрела на меня.

– Не знаю, помогут ли вам мои слова, но я много размышляла на эту тему. Однажды мне показалось, что у мужа кто-то есть, я так перепугалась, что не находила себе места. Тревога оказалась ложной, точнее, дальше самой первой стадии дело у них не пошло, он остановился на этом рубеже. Но я поняла, что нужно быть готовой ко всему, нельзя так легко поддаваться чувствам. Я задумалась, в чем корень зла. И меня в один момент осенило: не надо ощущать себя жертвой. Ни при каких обстоятельствах. Бог хочет, чтобы мы всегда ходили с высоко поднятой головой. Вы согласны?

– Что хочет Бог, мне неведомо, он со мной не делился своими замыслами. Но вот то, что вы только что сказали… – Я задумалась. – Это действительно очень простая и очень ценная мысль: когда ты изначально ощущаешь себя жертвой, то проигрываешь партию уже с первого хода. И ничего не поможет ее выиграть.

– Именно так, – обрадовалась моему пониманию предмета моя подруга из Франции. – Я была уверена, что вы сразу меня поймете. Я очень верующая, но ощущение себя жертвой не имеет ничего общего со смирением. Наш Господь принес себя в жертву, чтобы взять на себе все наши грехи, а мы же в таком случае эти грехи только усиливаем. Мужчина, видя, как мы страдаем, чувствует свою безнаказанность и еще больше грешит. А если он видит, что женщина не ощущает себя несчастной, ведет свою партию уверенно, он теряется, не знает, как поступать. И тогда мы оказываемся на равных.

– Прекрасная программа, – согласилась я, – но давно замечено, что чем лучше программа, тем меньше шансов ее воплотить в жизнь. Когда нежданно-негаданно узнаешь такую новость, испытываешь столь большой стресс, что все дальнейшее происходит уже помимо твоей воли. Мне даже кажется, что женщина вообще изначально является жертвой всех этих любовно-семейных отношений. Что-то вроде жертвенного животного, обреченного на заклание в храме.