Лишнее золото. За гранью джихада

Как только пришли, доктор сразу занялся Шарлем, а мы молча стояли рядом и пачкали комнату, где доктор принимает больных. С мокрой одежды натекла приличная лужа. Док возился около получаса. Малыш совсем ослаб и послушно выполнял все, что ему говорил «дядя доктор». Даже на инъекции не отреагировал. Малыш, малыш… Ничего, все будет хорошо.

– Вы очень вовремя успели.

– Все доктора так говорят, – улыбнулся я, – но я очень рад это слышать. Док, нам нужен не только ваш врачебный талант. Нам необходимо убежище. Где-то на неделю, не больше.

– Я понимаю, – доктор грустно улыбнулся и покивал седой головой, – я все понимаю…

Через два дня доктор заглянул к нам. Еще до рассвета. Я только что проснулся и пил кофе. Нардин спал. Шарль, измученный лекарствами, забылся в зыбком и совершенно не детском сне. Так спят смертельно уставшие люди. Хорошо, что хоть жар спал. Появилась надежда, что выберемся из этой задницы. Вот поправится немного – и можно будет думать про дорогу домой. До Джохар-юрта километров тридцать. Там есть несколько человек, которые помогут.

Комната, где нас спрятали, была небольшой. Каморка, размером два на три метра. Она находится на задворках, в небольшом сарае. Окошки, похожие на амбразуры, пропускали немного света. Вечный полумрак. Мутные от грязи стекла. Нищета и запустение. Как я понял, здесь раньше жил кто-то из родственников хозяина.

– Доброе утро, Карим, – кивнул доктор и близоруко прищурился, пытаясь что-то увидеть в потемках.

– Выйдем на свежий воздух. Я хочу с вами поговорить. Не думаю, что ради этого стоит будить ваших спутников.

Мы вышли и встали под навесом, сделанным из какого-то местного тростника. Люди, не обремененные достатком, покрывали этим материалом не только сараи, но и крыши жилых домов. Дешево и надежно. Того, что нас могут увидеть с улицы, я не боялся. Заборы здесь высокие, а совать нос в дела соседа не принято.

– Карим, – осторожно начал доктор, – с вами хотят встретиться. Завтра вечером. Когда стемнеет.

– Один человек. Он не из местных, но очень уважаемый человек. Думаю, что ему можно верить.

– Верить? Я себе – и то не всегда верю. Особенно если с похмелья. А вы говорите о человеке, которого я даже не знаю… И откуда ему известно, что мы здесь?

– Я не продаю своих друзей, – немного обиженно заявил доктор.

– Дело в том, что на базаре ко мне подошел один из моих знакомых. Он не из болтливых. И этот человек не знает, что вы укрылись у меня дома. Но ему известно, что вы можете ко мне обратиться за помощью.

– Какой осведомленный этот ваш знакомый.

– Да… пожалуй, что так.

– И что же он хотел?

– Он сказал следующее: «Если ваши французские друзья обратятся за помощью, то пусть они найдут время и встретятся с одним уважаемым человеком.