Лишнее золото. За гранью джихада

Дырявый тент, сделанный из старого брезента, постоянно протекал и я, только немного успокоившись насчет здоровья малыша, опять начал переживать. Такие поездки – не самое лучшее путешествие для больного ребенка.

Потом мы попали на борт катера. Эта старая развалина, выкрашенная в серую краску, без всякого сомнения, знавала и лучшие времена. Поль, оглядев эту развалину, пробурчал что-то про времена покорения Америки и Русско-японскую войну. Я не удивлюсь, если это правда. Ее помятые волнами борта выглядели не лучшим образом. Красили эту лоханку давно, и по бокам виднелись длинные ржавые подтеки. Нас взяли на борт в какой-то маленькой бухте, которую не найдешь ни на одной карте. Еще одно место в Новом мире, которое не интересно ни Богу, ни людям. Узкий и извилистый выход в море кишел подводными камнями. Это не придавало мне уверенности. Если честно – я вообще не люблю плавать… да, пардон: по морю ходят, а не плавают. Если учитывать эти прибрежные камни, то я начинаю понимать смысл такого выражения.

Команда состояла из пяти человек. Двое из них оказались арабами из Алжира. Механик, вечно поминающий «Матку Боску», и два парня, говорящих на плохом испанском, без родины и национальности. Вечно хмурые и неразговорчивые. Совсем как я, когда меня будят раньше времени. Через двое суток мы были на месте. Погода не самая лучшая. Сезон дождей – это не только ливни. Это туманы и шторма, которые лихо топят все местные лоханки, невзирая на водоизмещение и порт приписки.

С письмом Майклу тоже все получилось. Такой вариант мы с Беннетом обсуждали, и он, невзирая на погоду, нанял какую-то посудину и рванул вдоль побережья к нам. Еще один безумный бродяга этого мира.

Мы прибыли в Москву, гудящую тревожными новостями. Их было две. Первая – бои на Амазонке. Парни резались с чеченцами, невзирая на погоду. Это вам не евросоюзное ополчение, которое из казармы с теплыми туалетами не вылезет. На Амазонке воюют по-взрослому. Вторая новость – покушение на Михаила Демидова. Да, наш чертов «предсказатель» оказался прав. Ранение в руку. Инженер, находившийся рядом, погиб.

Устроились в гостинице – и сразу отправились в больницу. Врач для начала осмотрел Шарля и пришел в ужас от его состояния. Потом он долго ругался и под конец выгнал нас из смотровой. Обещал сделать все, что можно. Пока Поль сидел рядом с палатой, я наведался к властям. Сообщил о спасении похищенного ребенка и сразу написал доверенность на имя Майкла Беннета. «Для сопровождения ребенка к месту жительства родителей».

За мелкими заботами и прогулками по осведомителям прошло две недели. Шарля перестали мучить уколами, и мы его забрали в гостиницу. Конечно, после всего, что вынес этот малыш, требуется время для реабилитации. Да, я знаю. Но он уже разговаривает.