Лучшая подруга моей дочери

Хотя, почему бы и не быть бабником, когда девушки на тебя табунами вешаются? Ведь ее отец один из самых завидных холостяков Москвы.

Когда Сашина мать ушла от них, устав жить в беспросветной бедности, Максим Горцев, с головой ударился в работу, и в итоге с нуля построил огромную бизнес-империю, занимающуюся строительством торговых объектов в Москве и Подмосковье.

Дело пошло, и вот сейчас, в свои 36, он добился невиданных высот.

Сашка гордится им и нередко говорит с восхищением. Хотя и проблемы в их отношениях тоже имеются, из-за плотного графика работы, ее отец не мог уделять Саше много внимания, и с пяти лет ее, можно сказать, воспитывали няни и домработницы, которых отец тщательно отбирал для проживания в их роскошном особняке элитного района Подмосковья.

Я же живу с мамой, наша уютная однушка — это женское царство, где почти не бывает мужчин.

Исключением стал день, когда, я привела знакомиться Кирилла. Мама угостила нас чаем. И вечером, когда мы вместе с ней уселись смотреть наш любимый фильм «Красотка» с Джулией Робертс, просто сказала, что любит меня и всегда будет на моей стороне, но Кирилл показался ей человеком, способным обмануть.

Я не предала значения этим словам тогда, знала — мама не тот человек, который бы стал запрещать мне с ним встречаться. Это всего лишь ее мнение. И я отмахнулась от него, подумав, что Кирилл слишком нервничал перед встречей, вот и произвел «неправильное» впечатление.

Мама всю жизнь, сколько я себя помню, работала бухгалтером, мы никогда не были бедными, но и роскошной жизни тоже не знали. Ни дорогой одежды, как у многих моих одноклассниц, ни последней модели телефона.

Зато я всегда знала, что могу довериться маме во всем, мы почти никогда не ссорились, и понимали друг друга с полуслова. Это ли ни настоящая ценность?

— Аня, проверь электронку, вдруг ответ уже пришел!

Иногда мне кажется, мама переживает о моем поступлении сильнее чем я. Мы с Сашей, обе подали документы на журфак. Все мысли теперь только о том, что совсем скоро я буду жить в Москве, окунусь в этот бешеный ритм города.

Буду сидеть в кафе, потягивая, Латте макиато по утрам, перед парами, болтать со своей лучшей подругой, и уже не в онлайн, а в реальной жизни.

В нашем захолустье всего пара кафе на весь город, и если бы я попросила там приготовить мне «Латте макиато», меня бы незамедлительно увезли в психлечебницу, подумав, что я пытаюсь навести порчу на повара, работающего там сорок четыре года, потому что обычно там заказывают чай с шаурмой.

Мне тоже становиться волнительно, я вижу в папке «входящие» новое письмо, от приемной комиссии. Все что могла, я уже сделала, зубрила учебники, и до потери пульса готовилась к вступительным.