Лунатик исчезает в полночь

Сколько лет Миранде? Шестнадцать? Наверное, она недавно закончила школу, речь и реакция у новой знакомой, как у подростка, ее кидает из крайности в крайность, то она ехидничает, то восторгается мною. Но в потоке бреда, который лился изо рта девушки, было одно очень правильное замечание. Я тоже считаю: если тонешь в реке, не следует ждать, что толпа людей бросит в воду надувные круги или прыгнет с обрыва с криком: «Держись, спешим на помощь!» Не рассчитывая на посторонних, надо что есть силы грести руками, бить ногами, бороться с течением. Вот сейчас я не знаю, кто такой Фердинанд и зачем ему откровенно врать, представляя меня убийцей, но более не стану плакать и названивать Николаю Михайловичу и Вадиму. Не стоит разыскивать и Филиппа. Есть ситуации, в которых необходимо действовать самой. Я найду гадкого мужика, и он горько пожалеет, что решил меня шантажировать.

Фердинанд объявился, когда моя машина замерла перед светофором. Надпись на экране телефона «Аноним» заставила меня вздрогнуть. Я сделала глубокий вдох и быстрый выдох. Ну, Степа, держись!

– Прочитала? – осведомился мерзавец.

– Да, – ответила я. – В послании вранье. Мы с Булкиной не дружили с детства, не дрались в магазине, стекло разбили случайно. Продавщица лжет, она нас видела. Я не убивала Таню. Алла задумала преступление одна.

– Жаль, но твои слова никто не может подтвердить, – перебил Фердинанд. – И я отправил тебе не письмо, а статью, которая непременно появится в одной из самых читаемых газет России, если ты не сделаешь то, что я прикажу.

По моей спине побежали мурашки, мне больше не пришлось изображать страх, я на самом деле испытала его.

– Собираетесь отдать эту пакость в печать?

– Представляешь реакцию своих коллег? – зажурчал Фердинанд. – Приедет Козлова на Парижскую неделю моды, а за ее спиной шу-шу-шу на пяти языках. Степанида, ты стоишь сейчас перед камнем, на коем начертано: направо пойдешь, все останется по-прежнему, никто не узнает историю про Морозову; налево зарулишь – люди сочтут тебя убийцей, удачно избежавшей наказания. Ну? Твой выбор?

– Ладно, – ответила я, – отнесу коробку. Но могу это сделать только завтра. Сегодня я занята, еду к клиентке.

– Так не пойдет! – отрубил Фердинанд. – Когда и в какое время исполнять поручение, решать не тебе. Велю сию секунду отправляться в путь, и ты должна все бросить и спешить по адресу без спора. В противном случае станешь звездой на небосклоне желтой прессы, получишь инструкцию и выполнять ее будешь досконально. Малейшее отступление – и я спускаю журналиста с цепи. Усекла?

– Да, – промямлила я.

– Умница, – похвалил Фердинанд. – Значит, сработаемся, жди дальнейших распоряжений. Собственно, сейчас их и получишь.