Лунатик исчезает в полночь

Столько зряшной работы! Лучше бы он со мной гулять ходил, помогал с уроками, а не исписывал тонны бумаги. Хорошо помню, какой запах исходил от рукописей, точь-в-точь как от залежалых вещей. Вам уже лучше? Или мне еще с вами посидеть?

– Огромное спасибо! – повернулась я к Оксане Лаврентьевне. – Вы потратили на меня кучу времени. Не знаю, как вас и благодарить.

– Планида такая. Лечу в самолете отдыхать, обязательно по радио скажут: «Пассажира-врача просят срочно подойти в эконом-салон». Захожу в магазин, у кого-то случается сердечный приступ. А один раз роды в кафе принимала. У меня всегда с собой тревожный чемоданчик со скоропомощными лекарствами, стерильный хирургический набор, так что я готова к разным коллизиям. Вам могу посоветовать пройти обследование, и если нет проблем, то не забывайте про регулярные занятия физкультурой, ежедневные обливания холодной водой, здоровое питание. Постарайтесь смотреть на жизнь оптимистично, не дергаться по пустякам и проживете долго и счастливо. Поеду-ка я домой. И вы отправляйтесь туда же, не нагружайте себя сегодня.

Я еще раз поблагодарила ее, посмотрела Оксане Лаврентьевне вслед и нажала на педаль газа. Очень хочется в свою квартиру, в кроватку, но пока я лишена возможности жить в родных апартаментах, а направляться в пансион совсем не хотелось. Но делать нечего, все же придется рулить в «Уютный уголок».

Данте Алигьери, описывая круги ада, ничего не знал о пробках, в противном случае он бы посвятил им свое знаменитое произведение. Иногда мне кажется, что утром население севера Москвы едет на юг работать, а вечером тем же путем возвращается в свои норки. С западом-востоком та же история. От нечего делать я оперлась на руль – правая и левая стороны Нового Арбата так плотно забиты машинами, что между ними даже таракан не проскочит.

– Мани, мани, мани… – запела в радиоприемнике группа «АВВА».

Я откинулась на спинку кресла, и желание заснуть неожиданно испарилось. В голове стала выстраиваться логическая цепочка. Медсестра в больнице вовсе не ограбила покойницу, Светлана сама отдала ей медальон. Думаю, серьги тоже. Кузнецова попросила Веру, если о ней кто-то будет спрашивать, сказать, что она умерла. Светлана кого-то сильно боялась. Но очень глупо прикидываться покойницей, обман живехонько раскроется. С другой стороны, со мной-то эта уловка сработала. Я в нее поверила и бросилась искать членов семьи или друзей соседки по пансиону. А та просто хотела выгадать немного времени, собираясь улететь за рубеж. Почему Света, прописанная в Москве, жила у Берты? Ну, может, у нее, как у меня, ремонт? Зачем Кузнецова из клиники метнулась домой? Ответ очевиден: нельзя улететь в другую страну без загранпаспорта, а он хранился в ее квартире.

Далее.