Матабар III

— Вас не учили ваши, — старик скосил взгляд на шляпу Ардана. — ковбои, что, садясь за стол семерки уже нельзя отказаться от игры?

— Меня учили не играть меченными картами.

— Обижаете, юноша, — улыбка исказила широкие усы, заставив те слиться воедино с кудрявой бородой. — Хотите, я сыграю в открытую?

Старик, ловким, отточенным движением опытного карточного шулера, перевернул карты.

В семерке играли колодой на пятьдесят две карты. По десять на каждую масть — «драконы», «солдаты», «корабли», «маги», «короны». И еще две. Уникальные. Пустые, белые карты. Или как их еще называли — «Шанс».

Карта шанса могла стать любой другой, какую бы не пожелал её владелец.

Вот только на тех картах, что обнажил старик, не имелось стандартных обозначений. Вместо этого на одной голая русалка умывалась водой, а на другой — маленькая кошка махала хвостом на пирсе.

Слишком знакомая кошка, чтобы Арди её не узнал.

— Я хотел побеседовать с вами еще тогда, юноша, — улыбка старика стала еще шире. — Но вы так мило гуляли с рыжей красавицей, что я решил отложить вопрос до более, скажем так, лучших времен. Увы, дела заставляют меня срочно покинуть столицу, так что откладывать больше нет возможности.

— Вы знали моего прадеда.

— Прямо так, сразу? В лоб? — старик потянулся к усам и начал их крутить, заостряя кончики. — Даже не разыграем хотя бы одной партии?

— Я плохо играю в семерку, господин, — ровным тоном, все так же не прикасаясь к картам, ответил Арди. — Вам будет скучно.

— Любую скуку, юноша, можно развеять достойной ставкой.

Ардан напрягся. Напрягся и Милар.

Он сложил пальцы в фигуру пистолета и навел их на лоб соседа Мшистого. Второго мага в группе Черного Дома.

— Все еще не хотите сыграть, Ард? — спросил старик

— Хватит дурить, старый! — рявкнул Милар и попытался выхватить револьвер, но вместо этого направил на старика… открытую ладонь.

А револьвер так и остался в кобуре.

— Вижу, не хотите, — напрочь проигнорировал Милара старик. — Что же, Ард, тогда эта похоронка на вашей совести… Бам-бам!

Созвучно словам старика он дернул кистью, будто ребенок, имитирующий выстрел. Только вот в данном случае из кончиков его пальцев вырвались два огненных всполоха, а затем, когда комната погрузилась в тишину, в потолок взвились две струйки порохового, едкого дыма.

Посох выпал из рук и покатился по полу. Тело мага, оперативника второй канцелярии, растеклось по стулу. Так же, как под ним теперь растекалась алая лужа с вкраплениями серых комков. Во лбу зияли две дырки, а затылок превратился в месиво, напоминающее разбитую молотком дыню.

— Ты покойник, — медленно, почти по слогам, произнес Милар. — Кто бы ты ни был, где бы ты не находился, мы…

— Инаша, будь добра, — перебил Старик и из воздуха материализовалась та самая провожатая.