Метро 2033

С первыми же словами острое чувство опасности, нависшей над ним и над каждым, кто осмелится остаться на станции после произошедшего, захлестнуло Артема. — Он заразил здесь весь воздух! Подыши мы им еще немного и нам конец. Зараза тут повсюду, и если мы еще не заразились, обязательно подцепим эту дрянь, если останемся. Передохнем, как крысы, и будем гнить прямо посреди зала, на земле. Сюда никто не проберется, чтобы помочь нам, нечего и надеяться! Рассчитывать мы можем только на себя. Надо поскорее уходить с этой чертовой станции, где все кишит микробами. Если мы выйдем сейчас, все вместе, прорваться через тот туннель будет совсем несложно.

Но надо делать это немедленно!

Люди согласно зашумели. Большинство из них не могли, как и Артем, противостоять колоссальной силе убеждения, которой буквально лучилась фигура Хана. Вслед за его словами, Артем послушно переживал все те состояния и чувства, которые были заложены в них: ощущение угрозы, страх, панику, безвыходность, затем слабую надежду, которая все росла по мере того, как Хан продолжал говорить о том выходе из положения, который он предлагал. — Сколько вас? — и сразу несколько людей принялись пересчитывать собравшихся по этому вопросу Хана.

Не считая их с Артемом, у костра было восемь человек. — Значит, ждать нечего! Нас уже десять, мы сможем пройти! — заявил Хан, и, не давая одуматься, продолжил, — собирайте свои вещи, не позднее чем через час мы должны выйти! — Быстрее, назад к костру, забирай свои пожитки. Главное — не дать им опомниться. Если мы промедлим, они начнут сомневаться, что им надо уходить отсюда к Чистым Прудам. Некоторые из них вообще шли в другую сторону, а некоторые просто живут на этом полустанке и никуда отсюда не собирались. Придется мне, видимо, пойти с тобой до Китай-Города, иначе, боюсь, в туннелях они потеряют свою целеустремленность, или вообще забудут, куда и зачем они идут, — прошептал Артему Хан, утягивая его за собой к их маленькому лагерю.

Быстро покидав в свой рюкзак все приглянувшееся Бурбоново имущество и не успевая уже задумываться о моральной стороне своих поступков, пока Хан сворачивал свой брезент и тушил костер, Артем бросал время от времени взгляд на происходящее с другого края зала. Люди, оживленно копошившиеся вначале, собирая свой скарб, с течением времени двигались все менее бодро и слаженно.

Вот кто-то присел у огня, другой побрел зачем-то к центру платформы, а вот двое сошлись вместе и заговорили о чем-то. Начиная уже соображать, что к чему, Артем дернул Хана за рукав. — Они там общаются, — предупредил он. — Увы, общение с себе подобными — практически неотъемлемая черта человеческих существ. И даже если их воля подавлена, а сами они, в сущности, загипнотизированы, они все равно тяготеют к общению.