Метро 2033

Виселицы нигде не было заметно, и у Артема на секунду мелькнула безумная надежда, что его просто хотели припугнуть, и на самом деле его ведут не вешать, а подведут сейчас к краю станции, так чтобы другим заключенным не было видно, и отпустят.

Усатый, шедший впереди, завернул в последнюю арку, к путям, и Артем поверил в свою спасительную фантазию еще крепче.

…На рельсах стояла небольшая дощатая платформа на колесах, устроенная таким образом, что пол ее был вровень с полом станции. На ней, проверяя скольжение петли, свисавшей с ввинченного в потолок крюка, стоял кряжистый человек в пятнистой форме.

От остальных его отличали только засученные рукава, обнажавшие короткие мощные предплечья, и вязаная шапка с прорезями, натянутая на голову. — Все готово? — продребезжал черный мундир, и тот кивнул ему. — Не люблю я эту конструкцию, — сообщил он черному. — Почему нельзя было старой доброй табуреточкой? Там — рраз! — стукнул он себя кулаком по ладони, — позвоночки хрусь! — и клиент готов. А эта штука… Пока он задохнется, сколько еще кочевряжиться здесь будет, как червяк на крючке. А потом, когда они задыхаются, это ж сколько убирать-то за ними! Там ведь и кишечник сдает, и… — Прекратить! — оборвал его черный, отвел в сторону и там яростно что-то зашипел.

Как только их начальник отошел, солдаты немедленно вернулись к прерванному разговору: — Ну и че? — нетерпеливо спросил левый. — Ну дык вот, — громко зашептал правый, — прижал я ее к колонне, она так и обмякла, и говорит мне… — но не успел досказать, потому что усатый уже вернулся. — …не смотря на то, что русский, посягнул! Предатель, отступник, вырожденец, а предатели должны мучительно! — внушал он напоследок палачу.

Развязав руки, которые совсем ничего не чувствовали, с Артема сняли куртку и свитер, так что он остался в одной грязной майке. Потом сорвали с шеи гильзу, данную ему Хантером. — Талисман? — поинтересовался палач. — Вот я тебе в карман его положу, может, еще пригодится, — голос у него был совсем незлой, и рокотал как-то успокаивающе.

Потом руки опять стянули сзади, и Артема протолкнули на эшафот. Солдаты остались на платформе, они были не нужны, он не смог бы убежать, все силы уходили на то, чтобы устоять на ногах, пока палач надевал ему на шею и прилаживал петлю.

Устоять, не упасть, молчать. Пить. Вот все, что занимало сейчас его мысли. Воды. Воды! — Воды… — прохрипел он. — Воды? — огорченно всплеснул руками палач. — Да где ж я тебе воды сейчас достану? Нельзя, голубчик, мы с тобой и так уже от графика отстаем, ты уж потерпи немножко.

Он грузно спрыгнул на пути, и, поплевав на руки, взялся за веревку, привязанную к эшафоту. Солдаты вытянулись во фрунт, а их командир принял значительный и даже несколько торжественный вид.