Минский. Изгнанный попаданец

— У нас тут все только об этом и говорят.

— Без проблем, — кивнул ему я. — Они, кстати, тоже подойти обещали, хотели помериться с Вами силами. Я Вас им разрекламировал.

— Это хорошо, а то уже костенеть стал, с одними и теми же махаюсь. Толку-то с вас ноль… — вздохнул тренер.

Пошёл в сторону спортивного вагона, заодно зашёл в складской, где из своего ящика достал документы и родовые сабли. Выгреб всю наличность и расстроился, обнаружив, что тут еле наскребётся на хороший ужин в ресторане.

Родовое оружие с явной тоской отдал мне дед при расставании, сопроводив наказом не закладывать и не продавать клинки, что бы ни случилось. Это единственное, что мне могли дать при изгнании из рода. Ещё, конечно, я мог получить что-то из родовых артефактов, но мне как не магу они были совсем не нужны.

Из недорогих с виду, обтянутых кожей ножен, украшенных лишь латунным башмаком с вытравленным на металле гербом империи, я достал саблю слегка изогнутой формы. Такая форма клинка делала её эффективным оружием в рубке и сечи, а также была вполне применима для конных атак, которые уже два поколения никто не использовал всерьёз.

Верхнюю треть клинка украшала замысловатая гравировка. Помимо изогнутого лезвия сабля имела прямую рукоять и защитную гарду. В ней было собрано всё лучшее из восточных и западных боевых традиций этого мира. Совсем не похоже на то, что встречалось в моём мире.

В её производстве явно использовалась высококачественная сталь, хотя по скромной рукояти это было неочевидно. Больше она была похожа на типичную гусарскую саблю, распространённую в войсках в качестве холодного оружия.

Вытащил второй клинок. Он — зеркальная копия перового за одним лишь исключением: гравировка, нанесённая на первой трети клинка, была другая, более агрессивная. Хотя разобрать, что конкретно на ней изображено было так же невозможно — слишком уж рисунок был замысловат.

Можно лишь почувствовать эти хитроумные, затейливые гравировки. Если на первом клинке было что-то лёгкое и ускользающее, но в то же время мощное и пугающее, то рисунок второго вызывал одновременно тепло и трепет, а ещё, глядя на него, ты как будто видел зверя, терзающего свою жертву.

Я аккуратно завернул клинки в ветошь, затем положил это всё в чехол для удилищ, навалив сверху барахло для рыбалки. На основной поезд не попасть с оружием, а так может удастся пронести. Если нет, то ничего страшного — в Москве заберу у охраны.

Пошёл в соседний вагон. Там быстро переоделся и вышел в зал. Взял в руки тренировочные сабли. Начал готовиться к схватке с тренером, разминаться.

Тренер молча стоял и смотрел на мои приготовления.

Я готов. Киваю. Тренер отвечает мне тем же.

Несколько выпадов и тренер, быстро парировав атаки, фиксирует у моей шеи смертельный удар. Схватка за ним.