Мир падающих звезд VIII. Железный человек

На подкладке, опять же, вышивка: «Доктор А. Бон».

— А нафига вы всё подписываете? — не выдержал я. — Трусы, носки, шляпы…

— Эм… Но ведь всё это, прошу прощения, отдаётся в стирку, в чистку. Особенно если останавливаться в гостинице. И вот, чтобы не перепутать…

— А. Ну да, разумно. — Не у всех же есть Маруся, право слово. — А трость?

— Трости могут быть очень похожими. Если, к примеру, полтора десятка джентльменов собрались поиграть в преферанс…

— Всё, понял, осознал. Спасибо, что просветили. Всего хорошего, док.

Алоизий Бон проводил меня до самого выхода.

— И как же вы будете его искать? — участливо спросил он.

— А вас-то это почему беспокоит?

— Эм… Я безмерно уважаю гений господина Ползунова. К тому же нападавший в некотором смысле пытался мне навредить, запятнать моё честное имя…

— Враги у вас есть? — с надеждой спросил я.

— Враги? Христос с вами, откуда же у меня могут быть враги? Я совершенно мирный человек.

— Да все мы мирные. Я — так и вообще самый мирный. Но не иметь врагов может только бесхребетный человек, а вы такого впечатления не производите.

— Благодарю вас, но я, право же, не могу припомнить никого, кто мог бы называться моим врагом.

Если буквально притягивать за уши, то, конечно, есть коллеги, у которых практика идёт менее успешно, чем у меня, но… В отместку украсть мою трость и попытаться ею убить господина Ползунова?..

Алоизий развёл руками, предлагая мне самому понять, какой это бред. Я понял и только вздохнул.

— Ладно, док. Спасибо уже и на том, что сказали. Как говорите, скульптура называется? «Юность»?

Я добрался до находящегося неподалёку Летнего сада, и там мне наконец повезло. Я увидел какого-то хрена в красивом ярко-зелёном прикиде и в треугольной шляпе.

Подошёл к нему, обратился очень вежливо:

— Здравствуйте, дяденька, я потерялся.

— Чего? — обалдел служивый.

— Здравствуйте, говорю. Тут с месяц назад у одного уважаемого человека трость украли, я вот…

— У одного! — перебил меня полицейский и хохотнул. — Да их за месяц уже пять штук ушло.

— И то — народ в бешенстве. Уже пара очень высокопоставленных господ оказались жертвами. Бдим.

— А вот, болтают, недавно вия в церкви сожгли. Тебя там не было, случайно?

— Да иди ты! — вытаращил глаза полицейский. — И самого вия видел?

— Ну, так… Оно ж, понимаешь, на него смотреть-то нельзя, если жить хочешь.

Я больше в отражение глядел. Ну, в щит. А там изображение искажается, толком не рассмотришь. А потом уже, когда грохнул его, всё как-то быстро взорвалось, не до гляделок было. Но в целом — да. Можно сказать, видел.

— Так это вы, — сразу перешёл на «вы» полицейский, — Владимир Давыдов?

— Вот так встреча. Слушайте! А вы, я смотрю, человек-то простой.

— Да я-то думал, к вам, простите за выражение, на кривой козе не подъедешь.