Московский инквизитор (сборник)

— Очнулся я уже в подвале. Стены бетонные, на полу какая-то рвань валяется, под потолком лампочка тусклая, и вонь такая ядреная, что глаза режет. Осмотрелся я, а там еще ребята были.

— Сколько вас было всего? А девочки были? — не удержавшись, спросил Лев.

— С нами двенадцать человек, десять ребят и две девчонки, такая же босота, как мы. Я сел кое-как, башка гудит, тяжелая, ничего не соображаю. Друзья мои тоже ворочаются, в себя приходят. — Геннадий рассказывал все это тусклым, безжизненным голосом, уставившись в землю. — Спрашиваю: «Куда я попал?», а парень там один, самый старший среди нас, усмехнулся и сказал: «Вот как с тебя штаны снимут и оттрахают, тогда и узнаешь». Как же мне тогда стало страшно! Никогда в жизни так не было! Подполз я к нему и говорю: «Бежать отсюда можно?» Он чуть в голос не заржал: «Ты думаешь, мы здесь сидим, потому что нам нравится?» Тут дверь открылась, а там здоровый такой мужик, а перед ним кастрюля большая, как в столовой. «Лом, хавку принимай!» — говорит. Парень поднялся и кастрюлю внутрь занес, а мужик добавил: «Как пожрете, ведра с дерьмом вашим вынесешь, а то даже на первом этаже уже воняет».

— Да консервы из банок в кастрюлю выбросили, на плите разогрели, и все. Хоть бы разогрели как следует, а то часть так холодной и осталась. И из этого месива ложки алюминиевые торчали. Попробовал я — есть же невозможно, а остальные уплетают за обе щеки. Лом увидел, как я скривился, и сказал: «Ешь и не выделывайся! Другого не будет». Ну, поел я — куда деваться? В общем, кастрюлю до дна вычистили, аж ложками скребли. Для воды бидон молочный стоял, и на нем кружка, а под туалет — две ведра в углу. Пришел тот мужик, пустую кастрюлю забрал, а Лом ведра эти подхватил и к двери пошел, а мужик ему вслед: «Если только разольешь опять, я тебя, сучонка, больше бить не буду! Я тебя заставлю языком все вылизать!» Потом Лом с пустыми уже ведрами вернулся, а вторым заходом ведро воды принес и в бидон вылил. Запер мужик за ним дверь, а Лом сказал: «Кажется, сегодня все будет тихо, я ни одной машины во дворе не видел. Давайте спать!» В общем, понял я, что попали мы в самый настоящий ад. Лежал, а сна ни в одном глазу. Тут услышал, как в том углу, где Лом со своими друзьями лежал, перешептываться начали.

— А сколько их было?

— Шесть мальчишек, мелюзга.

— И о чем они шептались?

— Да я не все расслышал, но понял, что Лом в тот раз специально ведро разлил, чтобы суматоху вызвать, а под шумок какой-то мальчишка сбежал, он должен был куда-то дойти и привести помощь. А на следующий день… Хотя черт его знает, сколько было времени! Рисовую молочную кашу принесли.