Мы раскрываем убийства

— Кажется, я тебя не понимаю, — отвечает Гари.

— Я просто решил, что ты мог бы с ней потолковать, — говорит Стив. — Скажи, чтобы отстала от Молли.

— Но я тут ни при чем, — отвечает Гари.

— Лорен — твоя дочь. Ты при чем.

— Дети, что с них взять. — Гари пожимает плечами. — У них своя жизнь, у меня своя. Если девчонка хочет заработать немного деньжат на стороне, кто я такой, чтобы ей мешать? Не могу же я следить за ней круглые сутки. Пусть лучше дубасит одноклассников, чем целыми днями торчит в телефоне.

Стив не впервые сталкивается с таким типом, как Гари Гаф. В Нью-Форесте такие до сих пор встречаются. Гари Гафы этого мира — ловкачи, успешно скрывающиеся от правосудия. Они умны и не афишируют свои заботы, умеют вовремя смыться. Живут за высокими изгородями, косят лужайки на самоходных газонокосилках, бесятся с жиру и накачиваются джином. Гари наверняка все еще занимается грязными делишками, но Стива это больше не интересует. Стоит арестовать такого Гари, и на его место тут же приходит другой Гари, а потом еще и еще. Целая армия Гари Гафов, и каждый только и ждет своей очереди. Иногда один Гари Гаф стреляет в другого, потом третий пытается отомстить. Это так утомительно. Стиву это страшно надоело.

Но он ненавидит травлю, поэтому должен хотя бы попытаться с ним поговорить.

— Сколько? — спрашивает Гари Гаф.

— Сколько нужно, чтобы ты отстал? Сколько Лорен взяла у той девчонки?

— Триста фунтов, — отвечает Стив.

— Господи, и ты ради этого приперся? Какие-то жалкие триста фунтов?

Он открывает бумажник и достает ворох пятидесятифунтовых купюр, но Стив отмахивается.

— Я вернул ей триста фунтов; деньги ей не нужны.

— Ты вернул ей деньги?

— Одни лондонцы переплатили за поиски собаки, — говорит Стив, и Гари понимающе кивает. — Я пришел не за этим; может, поговоришь с Лорен? Попроси ее оставить Молли в покое.

— Сказать, чтобы цеплялась к кому-то еще?

— А ни к кому не цепляться не вариант? — спрашивает Стив.

— Закон улиц, дружище, — отвечает он. — Закон улиц.

— Но ты больше не живешь на улице, — напоминает Стив, поворачиваясь к выходу. — Ты живешь в особняке в деревне с кулинарией и гастропабом. У твоей дочери есть лошадь. Ей не надо выбираться из нищеты и ни к чему пробивать себе дорогу кулаками. Вспомни себя в детстве: тебе самому нравились богатенькие придурки, что ко всем цеплялись?

Стив обходит дом Гари Гафа кругом и садится в свой «Воксхолл Корса». Он припарковался между «Рендж Ровером» и «Лексусом». Вообще-то, он хотел заскочить в туалет перед уходом, но финальная фраза показалась ему такой эффектной, что он решил не портить впечатления.

Слушал ли его Гари Гаф? Возможно. А может, и нет. Но Стив, по крайней мере, попытался.