Не жди меня долго

– Должна вам сказать, что тем вечером я встречалась с Ворониным.

– Где? – быстро спросила Стерхова.

– В его номере. И, возможно, была последней, кто видел его живым.

Выдержав паузу, Анна сделала шаг и взяла Румико за руку.

– Куда? – удивилась та.

– В оперативный штаб. Там будет удобнее.

Румико послушно кивнула, и они направились к лифту.

Войдя в штаб, Анна включила настольную лампу. Желтый круг осветил столешницу и бумаги.

Румико замерла на пороге комнаты.

– Присаживайтесь. – Стерхова сделала жест рукой.

– Спасибо. – Голос журналистки прозвучал чуть глуше обычного. Переступив порог, она поняла, что пришла не просто поговорить, а давать показания.

Анна достала из папки стандартный бланк и положила перед собой. После этого прозвучал щелчок включенного диктофона.

– Не возражаете против аудиозаписи?

– Нет… Конечно же, нет. – Румико поддернула рукава и сложила руки в замок.

– Тогда, пожалуй, приступим. Фамилия, имя, отчество. Полностью.

– Хирано Румико. Отчества нет.

Получив необходимую информацию, Стерхова заполнила шапку протокола. Потом подняла глаза и дружеским тоном, противоречащим форме вопроса, спросила:

– Теперь расскажите, когда и при каких обстоятельствах вы видели Воронина в последний раз.

– Позавчера вечером. Я сама позвонила ему около девяти часов. И он сказал: «Приходите, но у меня мало времени».

– Не объяснил почему?

– Почему у него было мало времени. – Пояснила Анна.

– Нет, не сказал. – ответила Румико.

– Когда вы позвонили, он быстро ответил?

– Поднял трубку через пару секунд.

Стерхова кивнула, отчасти это совпадало с ее предположением: у Воронина тем вечером было несколько встреч.

– Вы поднялись к нему одна?

– Кого-нибудь встретили в лифте, на этаже или возле двери Воронина?

Немного помолчав, Румико обескураженно улыбнулась:

– Я не помню… Простите.

– Рассказывайте, что было дальше, – спросила Анна, выводя в протоколе беглые строчки.

– Дверь Воронина была приоткрыта, но я все равно постучала. Он крикнул из комнаты: «Войдите».

– Как он выглядел, когда вы его увидели?

– Так же, как в баре за пару часов до этого. Вы сами там были.

– Уставшим. И… я бы сказала: готовым к разговору. Он был вежливым. Не слишком доброжелательным – нет. Но, по меньшей мере корректным. Я успела задать почти все вопросы.

– Что-нибудь необычное заметили в его поведении?

– Что? – вскинула голову Анна.

– Воронин часто смотрел на дверь. Как будто кого-то ждал. Знаете, как бывает: человек с вами говорит, а сам косит глазом в сторону.

– Дверь номера осталась открытой?

– Я не помню. Скорее всего – да.

Стерхова продолжала записывать, делая паузы и стараясь ничего не упустить.

– Во сколько закончилось интервью?

– Наверное, без пяти минут десять.

– Вы смотрели на часы?

– Нет.