Не жди меня долго

Стюардесса склонилась к Анне и мягко спросила:

– Говядина под грибным гратеном или треска с кускусом?

– Говядину, пожалуйста, – ответила Стерхова и, заглянув в меню, добавила. – Еще – салат с уткой.

Через несколько минут перед Анной стояла тарелка с ломтиками утки, печеной свеклы и апельсина. В дополнение к блюду – маленький соусник с гранатовой заправкой, теплая булочка и сливочное масло.

В положенное время стюардесса принесла тарелку с филе говядины на подушке румяного картофеля в сливочном соусе.

Анна ела не спеша, с удовольствием, чувствуя, как возвращаются давно забытые ощущения, вкусы, запахи, и понимание себя. Эта еда напомнила, как важно вовремя выпасть из гонки, чтобы наконец почувствовать жизнь.

– Устали? – спросила Румико.

– Как вам фильм про «Океаниду»?

– Очень сильный, – ответила Стерхова. Ее голос прозвучал тише обычного, будто мыслями она еще не вернулась в реальность. – Было такое чувство, как будто показали не просто историю, а чью-то боль. Вынули изнутри и положили перед тобой.

Румико понимающе кивнула. Потом наклонилась ближе и, понизив голос, произнесла:

– Видите того, во втором ряду у прохода? Седой, в сером пиджаке. Это Дмитрий Пахомов. Председатель жюри. Легенда документалистики.

Анна посмотрела туда. Мужчина лет семидесяти просматривал бумаги, делая пометки на полях. Пальцы, которыми он держал ручку были паучьими, с раздувшимися суставами. Лица не было видно.

– Говорят, что он – гений. Монтирует фильмы в уме, еще до начала съемок. – Румико улыбнулась. – Пахомов родом из Уссурийска. Очень принципиальный. В прошлом году исключил один фильм из участия в конкурсе.

– Прямая цитата: «потому что ложь, даже красиво снятая, остается ложью».

– А теперь посмотрите на особу у окна, в синем, справа от нас. Это Виктория Гапова. Киновед, колумнистка, когда-то вела передачу о документальном кино на федеральном канале.

– Теперь пишет колонки. Ее все боятся и не любят. Жесткая и язвительная, все знает лучше других. Бессменный член жюри «Тихоокеанских хроник». В прошлом году у них с Пахомовым чуть до драки не дошло.

– В споре с Пахомовым, Гапова заявила, что документальному кино не нужно стремиться к буквальной правде: важнее выразительность и эмоциональный акцент. «Фильм должен быть ярким, а не исчерпывающе достоверным» – ее слова.

– Откуда вам все это известно? – спросила Анна.

– Рассказал один человек. Стас Вельяминов, член жюри. Он из Владивостока и, кстати, тоже судит в этом году.

Стерхова перевела взгляд на Гапову. Та устроилась в кресле с бокалом белого вина полулежа, как будто была не в самолете, а на морском берегу. Ей было лет пятьдесят. Рыжие волосы уложены безупречно, прядь к пряди. Губы – насыщенно-красные, дерзкие, как злонамеренный вызов.