Негодяй

Арабелла внесла в проект несколько удачных поправок, касающихся выбора цветовой гаммы для внутренней отделки помещений. Выслушав ее предложения, Блейк внезапно понял, что хочет жить здесь вместе с ней. Обняв Арабеллу за талию, он увлек ее на балкон, с которого открывался прекрасный вид на Атласские горы, и страстно поцеловал.

— Я хочу, чтобы этот дворец стал нашим любовным гнездышком, — сказал он. — Ты будешь здесь писать свои картины.

Блейк был готов жить в Марракеше безвыездно в течение многих месяцев. Это был прекрасный маленький город с хорошими ресторанами, базарами, где продавались экзотические товары, и живописной природой. Здесь было с кем пообщаться. В Марракеше жили французские друзья Арабеллы, которые несколько лет назад перебрались сюда. Перед отъездом в Лондон Блейк и Арабелла встретились с ними.

Поездка в Марокко оставила у обоих незабываемое впечатление.

Оттуда они вылетели сначала в Лондон, где с борта самолета сошел архитектор, а потом взяли курс на Азорские острова. Через некоторое время они отправились в Сан-Барт, где находился еще один дом Блейка и стояла его яхта. Арабелле понравился дом, а через неделю они вышли на яхте в море. Арабелла впервые в своей жизни видела такое большое парусное судно. Они направились к Гренадинским островам, расположенным к северу от Венесуэлы. Арабелле пришлось перестроить весь свой график работы над портретами и уладить дела с каждым заказчиком, но увлекательное путешествие с Блейком стоило того. Раздевшись донага, они загорали вместе на палубе яхты, которая скользила по спокойной зеленоватой глади океана. Стоял февраль, но им не нужно было мерзнуть в зимнем городе. Где-то шел снег, а здесь было жаркое лето. Лето их любви. Жизнь была прекрасна.

Максин пробиралась сквозь сугробы, спеша в свой офис. У нее, как никогда, было много работы. Нескончаемым потоком шли новые пациенты. Кроме того, в последнее время участились случаи стрельбы в школах, и Максин в составе бригады психиатров каждый раз выезжала на место происшествия, чтобы изучить возникшие проблемы и помочь детям и местным властям.

В личной жизни у нее все складывалось хорошо. Она продолжала встречаться с Чарлзом. Время летело незаметно. Дафна стала лучше относиться к Чарлзу, а однажды, забывшись, даже расхохоталась над его шуткой. Впрочем, несмотря на это, Максин ясно поняла: ее дочь и Чарлз никогда не станут друзьями. Чарлз прилагал нечеловеческие усилия для того, чтобы найти общий язык с ее детьми. С Джеком и Сэмом ему было намного легче общаться, чем с Дафной, и они втроем несколько раз ездили на баскетбольные матчи. Чарлз приглашал с собой и Дафну, но она отказывалась, ссылаясь на кучу дел.

Максин вела себя очень осторожно. Она не хотела, чтобы дети знали о ее близости с Чарлзом.