Негодяй

Войдя к ней в комнату, увидела ужасную картину: шесть одетых девчонок спали вповалку на кровати и в спальных мешках. Вернее, не спали, а находились в полной отключке.

— А где вы были, когда девочки пили это злосчастное пиво?

Зельду удивляло, что Дафна отважилась устроить попойку, зная, что мать находится в соседней комнате. Ее, как и Максин, эта история одновременно тревожила и забавляла. Произошедшее событие было важной вехой в их жизни, знаменовавшей наступление нового периода, к которому они не успели подготовиться. Мальчики, наркотики, секс, выпивка — одним словом, их ждали веселые деньки. У Дафны начинался переходный возраст.

— Поздно вечером я уехала на вызов и отсутствовала с одиннадцати до часу ночи. Одна из девочек, должно быть, принесла пиво в своем рюкзачке. Мысль о таком даже не приходила мне в голову.

— Теперь нам нужно быть настороже, — сказала Зельда.

Ее не пугало то, что отныне придется постоянно контролировать Дафну и ее подруг. Зельда твердо намеревалась не допустить повторения подобной истории. Теперь они с Максин знали, что вскоре возникнут проблемы с Джеком, а потом подрастет и Сэм. Нужно быть готовыми к этому.

Женщины поговорили еще немного, и Максин сообщила, что ей нужно навестить пациента в больнице Ленокс-Хилл. У Зельды был выходной, но она не собиралась никуда уходить. Зельда пообещала присмотреть за девочками в отсутствие хозяйки и добавила, что у них наверняка будет тяжелое похмелье после вчерашней попойки. Максин рассмеялась:

— Я выставила пустые бутылки на туалетный столик, и они сразу же поймут, что мне все известно о ночном кутеже.

— Когда они это увидят, им станет еще хуже, — качая головой, с улыбкой заметила Зельда.

— Так им и надо. Какая подлость — обмануть мое доверие и злоупотреблять моим гостеприимством! — сердито сказала Максин и вдруг, улыбнувшись, взглянула на Зельду: — Вот видишь, я уже приступила к подготовке обвинительной речи. Как тебе ее тезисы?

— Кажутся вполне убедительными. Вам надо строго наказать Дафну. Посадите ее под домашний арест и лишите карманных денег. — Максин кивнула. Они с Зельдой часто сходились во мнениях. Нянька обладала твердым характером — добрая в разумных пределах и в меру строгая, не тиран, не тряпка. Максин полностью доверяла ей и прислушивалась к ее советам. — А что случилось с вашим пациентом? Он попытался покончить с собой?

Максин молча кивнула.

— И сколько ему? — поинтересовалась Зельда.

Она уважала Максин за то, что та делала для подростков и их родителей.

Максин не хотелось вдаваться в подробности. Она обычно не рассказывала домашним о своей работе, а Зельда не расспрашивала ее. Она многое понимала без слов, читая по выражению глаз Максин все, что творилось у нее в душе.