Негодяй

В твоем случае речь шла о способностях в сфере предпринимательства, а не о пьянстве. Держу пари, сам ты не пил украденное у отца виски.

Блейк был довольно равнодушен к алкоголю и никогда не употреблял наркотики. Он кайфовал совсем от других вещей. Любые рамки и ограничения вызывали у него аллергию.

— Ты права, — со смехом проговорил Блейк, вспомнив детство. — Я попробовал алкоголь только в четырнадцать лет, но не пристрастился к нему. Обычно я оставался трезвым и старался напоить девушек, с которыми встречался. Вот такой коварный план.

Максин с улыбкой покачала головой:

— Кажется, с тех пор твоя стратегия не изменилась.

— Ошибаешься. Теперь мне не надо спаивать их, для того чтобы добиться своего, — с немного циничной усмешкой заявил Блейк.

У них были странные отношения. Они вели себя не как бывшие супруги, прожившие вместе десять лет и имевшие троих детей, а как закадычные друзья. Блейк и Максин были совсем разными людьми. Он странствовал по свету, навещая бывшую семью два-три раза в год, а она воспитывала детей и каждый день ходила на работу.

В девять часов вечера в квартиру Блейка доставил и ужин. К тому времени гости и хозяин уже проголодались. Блейк сделал заказ в лучшем японском ресторане города, и приехавшие повара готовили блюда на глазах у всей семьи — зрелище увлекательное. Повара разводили огонь, жонглировали креветками, показывали фокусы и готовили экзотические соусы. Детям очень понравилось это представление. Все, что устраивал Блейк, всегда было зрелищным и необычным.

Сэм, плененный всем происходящим, позволил матери спокойно уйти после ужина. Максин уехала в полночь, когда дети отправились посмотреть фильм в комнату, где располагался домашний кинотеатр. Максин знала, что они лягут спать лишь в два-три часа ночи, но не беспокоилась по этому поводу. Дети очень ценили каждую минуту, проведенную рядом с отцом, и Максин не хотела лишать их этого удовольствия. Они могут отоспаться дома, когда Блейк уедет.

— Когда ты уезжаешь? — спросила Максин, надевая пальто.

Она боялась, что Блейк ответит «завтра». Это огорчило бы детей. Теперь они не скоро снова увидят отца.

— Не раньше воскресенья, — ответил Блейк, и она просияла от радости.

— Отлично. Дети всегда расстраиваются, когда ты уезжаешь.

— Я тоже, — грустно промолвил он. — Если ты не возражаешь, я возьму их с собой в Аспен после Рождества. У меня еще нет определенных планов, но там очень хорошо зимой, в Новый год.

— Им понравится эта идея, — с улыбкой сказала Максин.

Она всегда очень скучала по детям, когда они уезжали с Блейком, но все же не хотела лишать их общения с отцом. С Блейком было трудно договариваться, и когда он что-то предлагал, приходилось ловить его на слове.