Ненужная дочь фермера

На карте я нашла Вивьен – последний город в этих краях. Дальше него только горы, степи, и раскинувшиеся на тысячи миль маленькие поселения. Одно из них заинтересовало меня больше остальных: маленькая деревенька, судя по переписи прошлого года, насчитывала всего две сотни жителей. Окруженная реками и лесами, она являлась самым отдаленным населенным пунктом.

Туда-то мне и надо. В место, куда здравомыслящий человек добровольно не поедет, разве что захочет сбежать от кого-то или чего-то. Вряд ли меня там найдут, даже если будут искать.

Слезы я давно все выплакала. Сердце больше не болело. От боли и страха не осталось и следа, и только тоска по нашей с Иригом прошлой жизни все еще заставляла тихонько выть в подушку по ночам.

Но сегодня, находясь в Вивьене, я решила, что не позволю прошлому портить мое будущее.

Добраться до деревни с нескромным названием “Дворецкое” мне удалось за пять дней пути на купленной лошади. Я не рискнула нанимать кэб с водителем и остановилась на том, что готова потратить немаленькую сумму на лошадь, которая отвезет меня, куда нужно, без лишнего внимания со стороны.

Когда въехала на территорию Дворецкого, остановилась на холме у леса. Лошадь, которую я назвала Фиалкой в честь моих любимых цветов, лениво жевала зеленую сочную траву. Моему взору открывался чудесный вид на деревеньку: однотипные симпатичные дома стояли в отдалении друг от друга, у каждого имелись немаленькие огороды, постройки, загоны для скота. Фермерское хозяйство, самое большое в Дворецком, занимало огромную площадь, и даже издалека я могла видеть чудесный дом хозяина фермы.

– Ну что, – негромко обратилась я к белоснежной, как снег, лошади, – поедем в нашу новую жизнь? Что скажешь? Попросимся к кому-нибудь пожить, за деньги, разумеется. Пустят, как думаешь? Мы много места не займем, а потом что-нибудь придумаем. Может быть, даже наскребем денег на собственный домик. И на загон для тебя, конечно же.

Фиалка ожидаемо промолчала, а я фыркнула, смеясь над собой: разговариваю с лошадью! Не сошла ли с ума от горя? А что, вполне мог быть такой исход событий. Может быть, мне пора в больницу для душевнобольных, а не в богами забытую деревеньку на краю мира?

Что-то заставляло меня оставаться на месте и издалека наблюдать за мелькающими вдалеке фигурами людей. По какой-то необъяснимой причине хотелось развернуться и уехать, найти другое поселение и остаться в нем, но я ведь уже приехала сюда и возвращаться не видела смысла.

Чуть позже поняла, что зря не повернула назад.

Может быть, если бы в тот момент, когда я рассматривала Дворецкое издалека и не могла заставить себя заехать в него, было знаком судьбы?

Жаль, что я такие знаки никогда не умела замечать.