Нерядом

Пока язык Димы хозяйничает у меня между ног, подкидывая меня на вершину удовольствия, руки его сжимают бедра, ягодицы, оглаживают животик и ребра, сжимают соски…

Я – оголенный нерв, который уже искрит. Еще немного – и будет настоящий пожар. Остро чувствую этот накал, дышу тяжелее, извиваюсь, что-то бормочу и всё еще краем сознания помню, что стоит быть тихой.

Но как?! Когда он творит такое со мной.

Дима чувствует, что я на грани, усиливает давление, ускоряется, и мне хватает нескольких секунд, чтобы выгнуться дугой, застыть в этом временном пространстве и, кажется, умереть на этой самой кровати.

Я словно и правда без сознания пару минут, а потом меня приводят в чувство аккуратные и нежные поцелуи, прочерчивающие дорожку по моему телу обратно к губам.

– Прости, – шепчет Дима. – Не удержался.

– Останешься до утра? – спрашиваю у него, все еще не открывая глаз. Теперь я не могу это сделать из-за неловкости. Завтра, наверное, придется бегать от него целый день.

– Могу и на подольше, – отвечает Дима.

И мне так глупо хочется верить, что речь идет не о времени, проведенном с утра, а о чем-то гораздо большем.

Сбегаю утром от Дианки как воришка, чтобы меня не заметил Палыч. Сама Диана настояла, переживает очень. Залетаю в свой номер, что делю со Степановым и Булгаковым, и сразу ловлю на себе хитрые улыбки.

– Не надо улыбаться, вот не надо тут.

– И где ж носило тебя, отчаянный ты наш? – смеется Серый. Но вопрос риторический, ответа не требует, и я, показав им фак, молча сваливаю в душ.

Через час нужно выходить на лед, раскатка, потом игра. Мы уже заочно в финале по очкам, но это совершенно не повод расслабляться. Нужно быть победителями до конца, и мы очень на это настроены. Я – так точно. Тактика Палыча по поводу «влюбиться, чтобы начать выдавать максимум» сработала. Он сам напророчил мне свою дочь, могу я использовать это потом как аргумент в спорах или лучше не стоит?

Ровно через час, как было сказано, стоим командой на улице. Палыча пока нет, Марины, очень удивительно, тоже, и я решаю урвать себе крошечный поцелуй перед этим сложным днем, потому что потом уже точно не удастся ухватить.

Подхожу к болтающей с девочками Дианке со спины, обнимаю за талию и целую в щеку. Она немного пугается от неожиданности, но быстро берет себя в руки и поворачивается ко мне лицом, улыбаясь.

– Быстро мне десять поцелуев как заряд бодрости перед игрой, – шутливо рычу на нее, и она тут же включается в игру, приподнимаясь на носочки и сладко-сладко чмокая меня в губы.

…шесть, семь, восемь…

– Ай! – отрываюсь от Дианы от ощутимого подзатыльника и в секунду понимаю, что запахло жареным.

– Говорил, что пальцы оторву? – психует Палыч, глядя на меня.

– Тогда и мне отрывай, – встает на мою защиту Диана.