Неудержимый. Книга XIII (СИ)

— Ну, что, орлы! — я обратился к парням, которые смотрели на меня исподлобья, — Сами всё расскажете или сначала пройдём вместе со мной все десять кругов ада?

— Почему десять? — удивился один из парней, — Их же девять…

— Хороший вопрос, — я хищно улыбнулся, — Сейчас я всё тебе объясню… На пальцах…

— Ну попробуй, — он ухмыльнулся, словно не понимал, к чему я клоню.

Я подошёл ближе и с короткого разбега вмазал кретину в морду, сломав ему нос и челюсть. На этом я не остановился и начал елозить ботинком в разные стороны, чтобы усилить боль. Бедолага подобного отношения к себе явно не ожидал и начал скулить как собака, умоляя меня остановиться. Надо было видеть его коллегу, который шокированным взглядом смотрел на избиение своего приятеля.

— Погоди немного, — я добродушно улыбнулся, — Сейчас я с твоим другом закончу, и тебе тоже всё объясню.

— Не надо! Я готов к сотрудничеству! — завопил он.

— Ну-ну, — я продолжил втирать лицо приятеля в стену, на которой уже образовался кровавый след, — Я ведь у тебя ещё ничего не спрашивал…

— Умоляю… — послышался скулёж из-под моего ботинка.

— Я всё вам расскажу! — со слезами на глазах заверещал второй.

— Что скажешь? — я решил уточнить у Ершова, — Послушаем парня? Или сначала отрежем ему уши и нос?

Ершов, хоть и был шокирован моим поведением, но всё же догадался, что я решил разыграть сценку про плохого и хорошего дознавателя, где один всячески избивает и угрожает подозреваемым, а другой останавливает коллегу, умоляя преступников всё рассказать по-хорошему, иначе будет совсем плохо.

— Я думаю, что мы должны дать ему шанс, — хмыкнув в кулак, сообщил Ершов.

— Шанс! — я поднял указательный палец, — О как! Хорошо, так уж и быть, я позволю тебе всё рассказать. Но помни, что мы твои слова потом проверим и не дай Бог ты хоть где-то соврал. Я устрою тебе такие пытки, что мать родная твой труп не узнает… — процедил я сквозь зубы, злобно улыбаясь.

А ведь из меня получился отличный злодей. Парень даже в мою сторону боялся посмотреть, а когда наши глаза всё же пересекались, я или чиркал по горлу, или показывал кулак, напоминая ему о последствиях. Так или иначе, пока первый лежал и хныкал в собственных соплях и крови, изредка завывая, второй общался с Ершовым, который всё старательно записывал на бумагу.

Интерес к моему бизнесу проявил какой-то хмырь. Звали его Бандурин Алексей Андреевич и судя по тому, что упырь называл его боссом, являлся очередной занозой в моей заднице. Оно и понятно, актив в виде готовой базы был слишком сладким. А его расположение на «ничейной земле», делал его ещё желанней.

— Скажи-ка мне приятель, — я привлёк его внимание, — А погоняло у этого твоего босса случаем не «Два туза»?

Я решил выяснить этот момент сразу.