Неудержимый. Книга XIII (СИ)
— Осторожно, — я предупредил мелкого, — Дар расходует очень много энергии. Постарайся всегда держать запас эликсиров энергии при себе и не забывай пользоваться старым артефактом, когда необходимости в этом нет.
— П-понял, — улыбнулся Шикари и исчез.
— Вот же… — я закатил глаза, конечно же, он побежал проверять новый артефакт, куда же без этого.
Вернулся Шикари уже с колбасой в руках.
— Позови Павла, — попросил я и он вновь исчез.
Вечер подарков удался. Нужно было видеть лицо Паши, когда я подвинул к нему обновки. Он сначала даже не понял, что я от него хочу.
— Здесь же целое состояние… — шокированный помощник понял, что попало ему в руки.
— Именно! — усмехнулся я, — Поэтому держи язык за зубами и никогда, слышишь, никогда и никому не говори, какими артефактами обладаешь, особенно залётным. А то определят тебя в канаву и поминай как звали.
— А чего сразу в канаву? — обиженно спросил он, — С такими артефактами я ого-го! Сам, кого хочешь, в канаву определю.
— Ага, как же, — я хохотнул, — Я тебя предупредил.
— Да понял я, — Павел почесал затылок, — Спасибо…
— Спасибо на хлеб не намажешь и в карман не положишь, — отшутился я, — А теперь марш домой, остался только ты.
— Есть! — Павел приложил кулак к груди и побежал собираться.
Как же, не расскажет он никому… Уверен, что Лис узнает об обновках первым, сразу же после того, как Павел доберётся до дома.
Алексей уже давно ушёл. А остальные и не возвращались. Так что с выдачей остальных подарков придётся повременить. Да и времени уже не осталось, мне и самому пора привести себя в порядок и отправляться на ужин с другом… Что-то мне подсказывало, что разговор будет долгим и очень неприятным…
Мелкого я оставил за главного, в ресторане он мне точно не понадобится.
Переодевшись в один из костюмов, которые привёз мне курьер из ателье, я поправил пиджак и вышел на улицу.
Конечно, большинство сильных мира сего скажут, что я слабак, а люди — всего лишь разменная монета, статистические единицы в отчётах, которые не стоят внимания. Я же радовался тому, что по-прежнему держусь, и не превратился в бесчувственную машину смерти.















