Невеста Моцарта

И знаешь, чего мы ждём от этой свадьбы. Будет большой удачей, если я её переживу. Но так надо. Этот гнойник надо вскрыть и на этом закончить. И тем не менее ты бросил мне вызов именно сейчас. Но дальше не пошёл. Почему?

— Не хочу быть похож на своего отца.

— Не хочешь, что? — сморщился я. — Использовать в мужских разборках детей и женщин? Похвально. Я не против. Только ложь это, пиздёж и провокация. И я снова предположу, пока ты придумываешь как бы выкрутится и отмалчиваешься. Предложу тебе ещё один вариант. Может, ты рассчитывал очаровать девочку, чтобы она сама с тобой ушла? Не давил, не настаивал. Решил сразить своим благородством? Или тебя вдохновлял вид посрамлённого Моцарта, брошенного у алтаря? Мой позор и унижение? Моё растоптанное самолюбие? Хотел сделать меня посмешищем? Уже вижу заголовки: невеста Моцарта бросила его ради охранника. Или хотел пойти дальше? Жена Моцарта изменила ему с телохранителем? Минутка славы. Расчёсанное до крови ЧСВ.

Он переступил с ноги на ногу и отвернулся:

— Ну за жену, боюсь, ты бы и правда меня убил. Жена не невеста.

— Но… что-то пошло не так? — усмехнулся я.

— Да всё пошло не так, Сергей, — выдохнул он, наконец, повернулся и вытащил руки из карманов, готовый говорить. — Ничего я такого и близко не собирался. И в мыслях не было, если честно. Не нужны мне ни эти сомнительные почести, ни месть, ни уводить у тебя девчонку. Не знаю зачем я её поцеловал, — выдохнул он с тоской. — Честно, не знаю. Из сострадания что ли. Пожалел. Что-то было в ней такое в тот день, отчаянное, обречённое. А мне в принципе не по нутру вся эта ситуация. Я пришёл к тебе работать как к человеку справедливому и сильному, злому, но честному. И ни разу я в тебе не усомнился, чем больше узнавал. И вдруг эта девочка! — Он взъерошил рукой волосы и покачал головой. — Её заставили. Вынудили. Продали. А ты, сука, купил. И она бьётся как птичка в клетке. А ты ходишь вокруг как жирный кот. Придавишь лапой и смотришь. И не ешь, и не отпускаешь.

— Так ты, выходит, хотел её спасти?

— Не знаю, чего я хотел. Так и не решил. Наверное, да, спасти. Вызволить. Защитить. Искал только способ. Не ради себя, ради неё. Да, это моя чёртова работа — защищать. И я чертовски хорошо её выполняю. Потому что ничего другого не умею. И ты, конечно, силён, Моцарт. Могуч, умён. Но смотреть как девчонку держат в заложницах, извини, не моё.

— Всё не так, Вань, — хлопнул я его по плечу.

— Да я уже понял, — вздохнул он. — Когда пообщался с ней поближе. Когда узнал получше. Но от этого ещё горше. Она заслуживает нормальную жизнь. А не вот это всё. Хорошую семью. Уверенность в завтрашнем дне. Ей надо учиться. Расти. Взрослеть. А не вариться во всём этом бандитском дерьме. Не видеть каждый день всю эту срань, в которой мы живём.