Обаятельное чудовище

О том, как я оказалась перед ним в одном нижнем белье, можно только догадываться, зато его забота обо мне, его ласковые слова до сих пор звучат как наяву. Пока меня рвало, он был рядом. Держал мои волосы, чтобы не запачкались.

А потом… Не знаю, что было потом, но каким-то чудом этот парень не воспользовался тем, что я не была в состоянии ему сопротивляться. Я была о нем худшего мнения, если честно. Самое время признать, что человеческого в этом парне оказалось гораздо больше, чем я предполагала. А то, как нежно он обнимал меня во сне… Не знаю, то ли из-за этого, то ли от накопившейся усталости, но я не видела сегодня кошмаров.

Подставляю лицо под струи воды и позволяю каплям свободно разбиваться об мой лоб, нос и щеки. Мысли проясняются, мышцы приятно ноют. Оглядываюсь в поисках шампуня, но вижу на полках только мужские средства. Выбираю наугад какой-то гель, откручиваю крышку, выдавливаю немного на ладонь и наношу на все тело.

Гель пенится, ласкает кожу, а я безошибочно угадываю запах Тима, к которому уже привыкла. Не удивительно, что этот аромат заставляет почувствовать, словно сам Тим где-то рядом. Я почти ощущаю касания его пальцев к своей коже, его горячие поцелуи, его объятия.

Я наклоняю голову назад и намыливаю волосы. Взбиваю пальцами пену, массирую и смываю. Не могу отделаться от мысли, что постоянно думаю о лежащем в соседней комнате Левицком. Он не обязан был возиться со мной. Наверное, я теперь должна как-то выразить ему свою… благодарность?

Но от мысли о том, что стоит предложить ему свое тело в знак признательности, у меня к горлу подкатывает тошнота. Я зажмуриваюсь. Как же сильно, долго и упорно мне внушали мысль, что я просто вещь… Это почти сработало…

Та часть моего сознания, которая всегда продолжала верить, что где-то в другом измерении еще существует нормальная жизнь, она почти сдалась, уступив место психическому искажению, сломившему мое восприятие человеческих отношений.

«Мое тело — всего лишь инструмент. Вещь. Чья-то собственность» — вот во что я почти поверила. К тому же, это проще, чем верить во что-то искреннее и светлое, во что-то настолько редкое, что его, наверняка, уже и нет на земле. В любовь. Какая же глупость! Нет. Здесь все покупается и продается, в том числе и секс.

Я выключаю воду, вытираюсь и обматываю полотенце вокруг тела. Мокрые волосы струятся по моим плечам. Осторожно ступаю босыми ступнями на пол и прислушиваюсь к тишине. Бросаю последний взгляд в зеркало и облизываю пересохшие губы.

Но лучше сейчас, потому что никаких «потом» у меня может больше не быть.

Я выхожу из ванной и иду в спальню. Тим уже не спит. Он сидит на краю кровати, разговаривая по телефону.