Обреченная на трон

 — Какие еще коровы? Где?

— В хлеву, — невозмутимо повторил плешивый, — и спать будешь на попоне, что тебе дадут. Тронешь хоть пучок душистого сена, лишишься руки, воровка.

— Да как вы смеете!? — Даша даже голову вздернула. — Кто мог занять все комнаты в богом забытом захолустье?! Мне не нужен хлев!

— Тогда два су. Спать будешь в моей комнате, — мужчина осмотрел ее худенькую фигурку и неодобрительно скривился. — Страшненькая, конечно, придется затушить свечи.

— Да, что вы себе позволяете?! — вскрикнула Даша. — За два су и еще это?!

Она стянула с плеча рюкзак и достала бумажник, вытрусила все его содержимое на столешницу.

— Вот. У меня пятнадцать тысяч триста сорок восемь рублей! Это очень приличная сумма для такого грязного номера. Но чтобы он был только для меня и моей собаки и все! Никакого хлева, никакой попоны и тем более никаких соседей мне не надо. Берите все и покажите мне мой номер.

Мужчина наклонился и тронул пальцем бумажные купюры. Затем пальцем отодвинул в сторонку монеты, достал из ящика прибор напоминающий монокль. Взял одну десятирублевую монетку и пристально рассмотрел ее через прибор. Затем взял монету достоинством в пять рублей и прикусил ее зубами.

Долго что-то прикидывал и, наконец, ответил.

Он взял, сгреб в кулак все бумажные деньги и рывком забросил их в пылающее пламя камина.

Даша как увидела, что он сделал, так и лишилась дара речи. Она открыла рот и вытянула руки в сторону улетевших только что в огонь ее пятнадцати тысяч.

— Этого, конечно, маловато, — прикидывал хозяин заведения, — металла потянет примерно на полтора су. Но если тебе, принцесса, так нужен ночлег, ты его получишь. За разницу я заберу всего — лишь твою собаку.

Остолбеневшую девушку тут же кто-то стал толкать в сторону лестницы. Она от шока растеряла способность соображать. В голове от горького запаха дыма уже завелся свой туман. Он упиралась и не давала себя силой затолкать на ступени. С улицы раздался жалобный собачий вой.

— Собачье жаркое будет готово через часик, полтора, — выкрикнул в зал хозяин заведения.

Тут же зал ожил гомоном предвкушения долгожданного угощения. Даша, наконец, уперлась ногами в третью ступеньку и намертво схватилась руками за липкие поручни.

— Лаки!!! — выдохнула она и рванулась, что было силы.

Руки, толкающие ее, ослабли, а девушка развернулась и стукнула того, кто стоял сзади своим рюкзаком по голове. Выбежала на улицу, а там дородная женщина тянула ее любимца, схваченного петлей за шею. Собака хрипела, задыхаясь, так как сил скулить уже не оставалось. Даша подбежала, выхватила палку с петлей у женщины и толкнула ту как можно сильнее.

— Ты чего, совсем!? — возмутилась дама, — распоясались тут всякие. А ну отдай пса. За него уже все уплачено!

Но Даша и не думала сдаваться.