Обреченные стать пеплом

– Миссис Робинсон? – максимально неуверенным тоном обратилась ко мне незнакомка, и я вновь перевела на неё взгляд, до сих пор занятый спящими младенцами.

– Да, – сдвинула брови я, и попыталась быстро оценить, кто же передо мной стоит.

Крашеная шатенка с сильно отросшими чёрными корнями и секущимися концами волос, среднего роста, с невыразительными чертами лица и в слишком длинной накидке, по-видимому заменяющей ей пальто. Выглядела она достаточно уставшей, чтобы можно было с первого взгляда распознать в ней молодую мать даже без наличия детей в её руках. Все признаки материнства в буквальном смысле лежали у неё на лице.

– Я Шерри, – женщина, поставив одну из переносных колыбелей возле своих ног, протянула мне руку, но я всё ещё относилась с подозрением к нежданному гостю, поэтому пожала её не сразу. – Шерри Уолш. Подруга Флаффи Кэмбелл. Она когда-то была девушкой вашего мужа.

– Боюсь, Вы разыскиваете свою подругу не в том месте, – я невозмутимо скрестила руки на груди.

– Оу, нет, я вовсе её не разыскиваю… Более того, я знаю о её местоположении…

– Тогда я не понимаю, зачем Вы сюда пришли. Впрочем, может быть Вы пришли не ко мне и хотите поговорить с Робином? – прежде, чем я договорила, я поняла, какую хрень сморозила.

Но о том, что я должна была хотя бы попытаться приревность Робина, я подумала уже после своих слов.

– Это вовсе необязательно… Я могу поговорить и с Вами. Дело в том, что Флаффи умерла, а это, – женщина приподняла очевидно тяжёлые корзинки в своих руках, – её дети, которые, скорее всего, являются детьми и Вашего мужа тоже.

Мои глаза были распахнуты так широко, что, кажется, я едва не ослепила ими свою собеседницу.

Не убирая скрещённых рук с грудной клетки и вообще не производя ни единого телодвижения, я, спустя примерно полминуты абсолютной тишины, окликнула Робина громогласным: “Ро-о-об!.. Это к тебе!”.

Кажется мой голос ещё никогда не звучал так громко через только наполовину приоткрытый рот.

Скрестив руки на груди, мы с Робом стояли в полусогнутом состоянии над переносными колыбелями со спящими младенцами, и пялились на них так, будто они были гуманоидами, а не банальными представителями человеческой расы.

– Похожи? – спустя полминуты полушёпотом поинтересовался у меня Роб.

– Ну вот этот вот вроде как и похож, – ещё бóльшим шепотом ответила я, указав пальцем на ребёнка в левой колыбели. – В таком возрасте вообще сложно определить схожесть…

– Им ровно три месяца, – послышался женский голос за нашими спинами.

Разогнувшись, мы с Робом одновременно обернулись и посмотрели на гостью, стоящую в противоположном конце гостинной со стаканом воды в руках, который пятью минутами ранее вручила ей я.

– Они родились в ноябре? – поинтересовался Роб.