Одержима игрой тобой (СИ)

Он прошел в кабинет и сел на стул, продолжая держать в руках сверток.

– Что это? – взглядом указывая на руки.

– А, это плакат, ты его уже видела. – От сказанного, у него слегла проступил румянец на щеках.

– Кстати, я хотела испепелить тебя на месте, когда его увидела, а ты еще и Димку подговорил.

Он улыбнулся. Даа, я очень хорошо помню эту улыбку. Каждая его пакость или издевка надо мной завершались его коронной улыбочкой. Однако сейчас она мне показалась милой. Улыбка была самой обычной, без каких либо ямочек или впадинок, но она была всегда искренней. И что на меня нашло? Власенко милый? Точно сильно прилетело...

– Так значит ты переживал за себя?

– В смысле? – ошарашено, посмотрев на меня, спросил он.

– Ну ты сказал: «ты же из-за меня сотрясение получила», значит ты переживал, что из-за меня у тебя будут проблемы.

Что-то поменялось в его глазах, и кроткая улыбка сошла на нет. И едва слышно, как будто он не хотел этого говорить вслух, произнес: – Семенова, я правда за тебя волновался. Мне все равно, как на мне это отразится, – он отвел взгляд в сторону, теребя кончик плаката, – я испугался, увидев тебя без сознания, а когда спустился с трибун и забежал в зал тебя уже не было. Я подошел к Наталье Андреевне, она сказала, что тебя отнесли в медпункт. С тех пор я сидел и ждал, когда ты придешь в себя.

От его признания стало не по себе. Я потупила взгляд. На мне все еще была соревновательная форма и потретрые наколенники. Мне резко захотелось развеять обстановку.

– Покажи плакат, – сказал я, удивляя себя уже который раз за день.

Никита поднял взгляд на меня, явно, как и я, ошарашенный просьбой. Он долго всматривался, ожидая подвоха, но я лишь утвердительно улыбнулась в ответ. Тогда он неуверенно начал раскручивать плакат. Он растянул его на всю ширину своих рук, так, что его голова скрылась за ватманом. В зале он казался меньше, а сейчас видно, как ярко написано слово «СЕМУШКА» намного ярче слова «ВПЕРЕД!».

Я подошла ближе, всматриваясь в нарисованные вокруг фразы, звездочки, сердечки и смайлики. Протянула руку, чтобы потрогать их, и плакат резко опустился. Не ожидавший увидеть меня рядом с собой Никита испуганно ойкнул, и так получилось, что моя рука оказалась на уровне его груди. На нем была толстовка, обычная, голубая, под цвет нашей команды. Это заставило меня задуматься. Специально ли он сказал ту фразу в коридоре: «Я лучше посмотрю, как вы продуете», чтобы позлить меня. Потому что увиденное мной говорит о том, что он пришел поболеть за нас.

Мы оба замерли, оказавшись в плену неловкой ситуации. Прошло пару минут перед тем, как я опомнилась и, развернувшись, пошла обратно к кушетке.

– Мне надо позвонить маме. – Разбавляя тишину сказал я.

– Мне выйти? – уточнил Власенко.

Вопрос был простым, но он меня озадачил.