Одержимые наследники. Дамасский жасмин. Книга третья

Девушка подняла глаза на жениха, в очередной раз надеясь разжалобить его своим потерянным видом и утащить отсюда, но его состояние говорило о том, что он, в отличие от нее, все же что- то принял… Расширенные зрачки, ошалевший взгляд с красноватыми белками, шмыгающий нос и сжимающаяся спазмами до скрипа зубов челюсть… Она помнила это состояние некоторых своих клиентов… Кокаин или экстази… А в уже подрагивающих руках-  рокс с виски, в котором хаотичную мелодию обреченности отстукивали тающие кубики льда в солодовом напитке…

Ощутила на себе взгляд выходящего следом за ним Али, тоже шмыгающего носом.

Вздрогнула. Он смотрел на нее, как волк на овцу… Его шевелящиеся от каждого резкого вдоха ноздри напоминали то, как хищник чует запах жертвы… Вот теперь паника еще сильнее запульсировала колючим комом в ее горле…

Оксана так и не смогла заставить себя притронуться к еде, хотя услужливые официантки в гротескных нарядах в стиле французских горничных с экстремально короткими юбками и нелепыми кружавчатыми чепчиками и такими же фартуками сновали на высоченных шпильках и в видневшихся чулках с подвязками между развалившимися по диванам гостями нон- стопом.

Ей претило это зрелище… Претили эти сальные, уничижительные взгляды мужчин, обращенные на бедный наемный персонал, их сальные шуточки в их адрес, звонкие шлепки по то и дело оголяющимся бедрам несчастных официанток.

– Сколько свежего мяса,–  произнес высокомерный араб, проводив похотливым взглядом очередную юную девушку, вынужденную то ли из- за своей нужды, то ли из- за глупости, то ли из- за того и другого, исполнять эту унизительную роль.

– Прислуга меня никогда не возбуждала,–  хмыкнул Али, откинувшись на подушках, снова раскурил сигару.

– А кто возбуждает, эскорт?

Мужчины переглянулись и одновременно усмехнулись.

– При определенном раскладе да… Знаешь, это как с телом… Гораздо сильнее будоражит, когда красавица не полностью раздета, а одета так, что хочется ее раздевать… Проститутки были всегда и их удел испокон веков был предельно понятен и деромантизирован… То ли дело гетеры… Искусницы любви, жрицы Афродиты, альмии- танцовщицы, велеречивые дивы, которые подчас были богаче самой родовитой аристократки и популярнее самой известной звезды… Знаешь, это такая покрытая вуалью порочность… Все знают, что она есть, но сохраняют правила приличия…

Оксана невольно вслушивалась в его слова и к своему ужасу понимала, что этот мужчина, до костей пропитанный похотью, погрязший в разврате и бог знал еще, в каких грехах, был хорошо образованным, начитанным… Она прекрасно представляла его на официальных мероприятиях, среди равных, играющим роль благопристойного аристократа… Рано или поздно он женится на ровне, станет отцом.