Одержимые наследники. Дамасский жасмин. Книга третья

Девушка инстинктивно закрыла рот рукой, и начала пятиться назад, но он обернулся, буквально пригвоздив к полу, взглядом…

– Сука… Ты опять за своё…– прошипел злобно…– Я сказал тебе, чтобы выкинула эти таблетки!

– Шериф, послушай…– попыталась достучаться до него, испуганным голосом, немного ослабить гнев, – пойми, я не хочу…

Теперь он шел на нее… Шаг, два… Она мысленно вжала голову в плечи, готовясь к тому, что сейчас произойдет… Хотя как к этому можно было подготовиться? Удар… Сильный, оглушающий, растекающийся болезненным всполохом по щеке, металлическим вкусом во рту и звоном в ушах… женщина резко отскакивает от мужской руки, как от пружины, ударяется головой о стену. Скатывается по ней вниз безвольной тряпкой. Чувствует влагу в носу, проверяет рукой– кровь… Перед глазами пелена… В сердце боль… Жуткая, свербящая… Словно там дырка и гуляет ветер…

– Я предупреждал тебя, Юлианна… Никаких противозачаточных… Ты родишь от меня! Я заставлю тебя, сука, даже если придется привязать к кровати и пичкать гормонами… Кстати, и что я до сих пор так не сделал? Всё пытаюсь быть к тебе благосклонным…

– Я не рожу от тебя, – заплетающимся языком, собирая последние силы по мелким осколкам, выдавила она, – лучше матку себе вырежу, но не рожу… Ты чудовище… Чудовище…

Он садится рядом на корточки… Протягивает ей платок. Деланно нежно, сам утирает алую влагу под раскрасневшимся носом.

– Разве я плохой отец для своих детей? Разве не люблю их? Разве мало дал и дам?

– Я ненавижу тебя, Шериф… Умоляю отпусти меня, пожалуйста… Я не хочу от тебя детей… Разве мало на свете девушек, которые добровольно захотят с тобой быть? Моложе, красивее, плодовитее… Отпусти… Они тебе родят… Сами, с желанием, инициативно…

На этот раз, он сжимает женские волосы на затылке. Резко дергает за них, приподнимая лицо и заставляя посмотреть на него.

– Ты даже представить себе не можешь, что я сделаю с тобой, если ты посмеешь еще раз такое произнести…

Когда Юлианна сняла полностью покрывающую ее абайю, Амаль невольно охнула. На половине ее лица красовался огромный синяк. Один глаз был заплывшим, бровь рассечена. Девушки пересеклись взглядами и Юлианна тут же отвела свой, подавляя стыд и боль…

– Юлианна… что… что произошло? – еле слышно прошептала Амаль, чувствуя, как страшная догадка, вместе с застывшей в жилах кровью, парализует ее…

Та поднимает глаза.