Жена-попаданка для графа Зотова

Вот только как мне дальше лечить его? Не буду же я ждать, когда он напьётся в очередной раз. А когда он трезвый, спит очень чутко. Тем более скоро видеться будем только по выходным, служба в крепости никуда не делась.

Вздохнув, я невольно залюбовалась правильными чертами Константина. Вот что он там напридумывал себе? Калекой себя назвал. Любовников мне уже сулит. Не ожидала, что он так комплексует из-за своей ноги. Оказывается, завоевать сердце собственного мужа — та ещё задачка.

Глава 35. Извинения

Утром, как только проснулась и почувствовала, что готова к новому дню, я пошла во двор. Егор сидел возле конюшни и опять что-то чистил щётками. Увидев меня, он поспешно встал и поклонился."

"— Доброе утро, Софья Андриановна, — улыбнулся конюх во весь рот и указал на табурет. — А я вас жду. Вот принёс для вас.

— Спасибо, Егор. Ставь ногу на пенёк, перевяжу, — я слегка улыбнулась в ответ на лучезарное приветствие парня и присела на табурет. — Вчера видела твои рисунки, мне Мария показала. Это правда ты нарисовал?

— Я, барыня, — смущённо опустил глаза конюх, задирая штанину до колена. — Вам не понравилось?

— Отчего же? Наоборот, очень даже понравилось, — принялась я разматывать бинты. — У тебя талант, Егор. Красками рисовать умеешь?

— Умею, только дорогие они. Закончились давно, — понуро ответил он. — Да и холсты надо хорошие, чтобы красками рисовать.

— Тебя кто-то учил? — не верилось мне, что он такой самородок.

— Да. Мой дядя, старший брат отца. Вы, наверное, не помните его, — задумался конюх. — Тимофею ваш батюшка вольную давно дал, когда узнал о его таланте к живописи. Отправил учиться в Москву. Сейчас дядя уважаемый художник. В Дивное приезжал пять лет назад, вот меня и подучил немного, пока тут летом пейзажи писал.

— Вот как, — удивилась я, стараясь не выражать лишних эмоций, а сама обрабатывала шов. — Нога хорошо заживает. А портрет мой маслом сможешь нарисовать?

— Смогу! С превеликим удовольствием, барыня. Только красок нет и холста. Да и старый мольберт мой поломался, — сник Егор.

— Не переживай. Отправим кого-нибудь в Омск, пусть купят для тебя самые лучшие краски, кисти, холсты и мольберт, — воодушевилась я. — Будешь художником, а не конюхом. В доме не хватает картин: пейзажей, натюрмортов, портретов. Справишься?

— Про пейзажи не скажу, а вот портреты мне любо рисовать, — немного замялся Егор.

— Вот и отлично. Начни с портретов: меня нарисуешь, Машу, Константина Александровича, матушку мою. Поговорю сегодня с мужем, чтобы деньги на материалы выделил и послал человека, который сможет всё это купить.

— Спасибо, Софья Андриановна, — глаза у конюха засветились от радости. — Давно я с маслом не работал. С превеликим удовольствием буду писать портреты.