Охота на принцессу

Еще пару дней назад я бы улыбнулась ей, взяла в руку ее ладонь, завязала необременительный разговор, а сейчас нет. Отсела на приличное расстояние, закрыла глаза и молча представляла, что нахожусь в одиночестве.

В груди щемило, а сердце ныло от обиды и горечи. Моя единственная оставшаяся в живых родственница, хладнокровная убийца. Как в такое поверить? Тем более, когда она сидит рядом и источает настоящее тепло. Оно в ее глазах, в ее голосе, в наклоне головы. Да практически во всем.

Впору грустно усмехнуться и похлопать редкому актерскому таланту, но мне ни в коем случае нельзя выдавать себя. Не сейчас.

Я должна действовать строго по разработанному плану, а уж потом… потом я выскажу ей все, что о ней думаю.

— Абсолютно не за что, дитя мое. Лучше расскажи мне, как прошел ваш вчерашний разговор с князем? Он вышел из кабинета очень довольным, подозреваю, что получил согласие на свое предложение?

— Да, мы не стали ходить вокруг да около, — в памяти тут же нарисовалась мерзкая рожа Олесена.

Стоило мне вернуться в резиденцию, как он попросил меня об аудиенции, дождался, когда за нами закроется дверь, грохнулся на одно колено и вытащил бархатную коробочку с огромным перстнем, который у меня и на двух пальцах не удержался бы. Отказать ему я не могла, иначе весь наш план полетел бы в трубу, а потому растянула губы в притворной улыбке и кивнула. Князь, обрадовавшись, начал целовать мне руки, и я еле отбилась от его поползновений, сославшись на головную боль, а затем заявилась в покои императрице и сообщила ей о желании вернуться обратно во дворец, которое она тут же поддержала.

— Это правильно. Твоему ребенку нужен отец, — улыбнулась Милли, — как только вернемся, я прикажу начать подготовку к торжеству. Чем быстрее все произойдет, тем лучше.

Я кивнула в ответ и, вновь погрузившись в тишину, отвернулась к окну, ожидая нашего прибытия во дворец.

Оттягивать с поиском доказательств предательства тетушки я не стала. Как только мы вошли в холл, и Милли, сославшись на тяжелую дорогу и головную боль, направилась к себе, чтобы предаться дневному сну, я проскользнула в ее рабочий кабинет, мимо дежурившей снаружи охраны.

Ключ я вытащила из ее ридикюля еще в резиденции. Останавливать принцессу никто бы не посмел, но я все равно обмолвилась, что собираюсь написать парочку писем оставшимся в Напомь друзьям и, пройдя мимо вооруженных мужчин, открыла дверь и вошла внутрь.

На то, чтобы изучить все лежащие на виду бумаги у меня ушло не так много времени, как на те документы, что хранились в ящичках стола. Я честно не пропустила ни одного листика, но ничего стоящего внимания так и не обнаружила. Либо тетушка прятала компрометирующие себя бумаги где-то в другом месте, либо предпочитала и вовсе не оставлять следов.