Око Мира

 — Ранд, принеси-ка с Перрином как можно больше холодной воды и чистых кусков материи. Сначала, Мэт, я собью тебе жар, и...

— Хорошенькая Найнив! — словно сплюнул Мэт. — Мудрой ведь не положено думать о себе как о женщине. Как о хорошенькой женщине. А ты ведь думаешь, правда? Теперь. Ты не можешь теперь заставить себя забыть, что ты хорошенькая женщина, и это страшит тебя. Все изменилось. — Пока Мэт говорил, лицо Найнив бледнело — то ли от гнева, то ли от чего-то другого, Ранд не взялся бы сказать. Мэт издал хитрый смешок, и его лихорадочно блестевшие глаза скользнули по Эгвейн.

 — Хорошенькая Эгвейн! — каркнул он. — Хорошенькая, как Найнив. И у тебя есть с нею и другое общее, правда? Мечты. О чем ты теперь мечтаешь?

Эгвейн на шаг отступила от кровати.

— На время соглядатаи Темного нам не грозят, — сообщила Морейн, входя в комнату в сопровождении Лана. Едва она перешагнула порог, ее взор упал на Мэта, и она зашипела, словно дотронулась до раскаленной плиты: — Прочь от него!

Найнив не двинулась с места, лишь удивленно оглянулась на Айз Седай. Два быстрых шага, и Морейн схватила Мудрую под мышки и потащила от кровати, как мешок с зерном.

Найнив вырывалась и протестовала, но Морейн не отпускала ее, пока та не оказалась подальше от кровати Мэта. Встав на ноги, Мудрая продолжала возмущаться, гневно оправляя одежду, но Морейн совершенно ее игнорировала. Айз Седай наблюдала за Мэтом и смотрела только на него, причем таким взглядом, будто следила за ядовитой, смертельно опасной змеей.

— Все держитесь подальше от него, — сказала она. — И успокойтесь.

Столь же пристально Мэт смотрел на Айз Седай. Он ощерил зубы в безмолвном рычании, сжался в еще более тугой комок, но глаз от нее не отводил.

Морейн медленно протянула руку и положила ее невесомо ему на колено, двинула ладонь к его груди. От ее прикосновения Мэта сотрясли судороги, содрогание омерзения спазматически скрутило тело, и он вдруг выбросил вперед руку, нанося по лицу Морейн режущий удар кинжалом, в рукояти которого сверкнул рубин.

Лан только что стоял в дверях, а в следующий миг он уже очутился у кровати, будто их и не разделяло пространство в несколько шагов. Его рука обхватила запястье Мэта, остановив удар, словно тот пришелся в камень.

Мэт по-прежнему сжимался в тугой клубок. Лишь рука с кинжалом подрагивала в напряжении, пытаясь вырваться из неумолимой хватки Стража. Горящий ненавистью взгляд Мэта впился в Морейн.

Морейн тоже не шевелилась. Она не уклонилась от клинка, дрожащего сейчас всего в паре дюймов от ее лица, как не шелохнулась и тогда, когда Мэт ударил кинжалом.

— Откуда он взял это? — спросила она звенящим сталью голосом. — Я же спрашивала, давал ли вам Мордет что-нибудь. Я спрашивала и предупреждала вас, и вы ответили, что не давал.