Око Мира

 — Визиты в Ночь Зимы только-только начались, наши руки были полны подарков и медовых пряников, на уме одно вино, и тут зарычали собаки, и вдруг эти двое выбежали из гостиницы, помчались по деревне с криками о троллоках. Я подумал было: не стоило им пить так много вина. После всего... еще и троллоки? Потом, прежде чем кто-то понял, что происходит, эти... эти твари оказались уже на улицах, прямо среди нас, разя наотмашь людей мечами, поджигая дома, воя так, что кровь стыла в жилах. — Мэр от омерзения даже закашлялся. — Мы все лишь бегали, словно цыплята от лиса, забравшегося на птичий двор, пока мастер Лан не вселил в нас твердость.

— Не нужно быть к себе столь суровым, — сказал Том. — Вы вели себя так, как могли. Не все троллоки, что лежат там, сражены теми двумя.

— Хм-м... м-да, ладно, — мастер ал'Вир кивнул. — Все еще трудно поверить — так много всего. Айз Седай в Эмондовом Лугу. А мастер Лан — Страж.

— Айз Седай? — прошептал Ранд. — Не может такого быть! Я разговаривал с ней. Она не... Она не...

— По-твоему, на них есть метки, да? — криво усмехнулся мэр. — У них на спинах выведено: «Айз Седай» — или, может быть: «Опасно, держись подальше!»? — Вдруг он хлопнул себя ладонью по лбу.

 — Айз Седай! Ах я старый дурак, совсем свой ум порастерял! Есть одна возможность, Ранд, если ты захочешь ею воспользоваться. Я не стану тебе советовать так поступать и не знаю, нашлось бы у меня самого мужество, окажись я на твоем месте.

— Какая возможность? — спросил Ранд. — Я готов рискнуть, если это поможет.

— Айз Седай умеют Исцелять, Ранд. Пусть я сгорю, парень, ты же слышал сказания. Они могут исцелять тех, кому не помогают лекарства. Менестрель, вы должны помнить это лучше меня.

Чуть ли не во всех менестрелевых преданиях действуют Айз Седай. Почему вы ничего не говорите, а молчите и позволяете мне трепать языком?

— Я здесь чужак, — сказал Том, вожделенно глядя на свою незажженную трубку, — а почтенный Коплин не одинок в своем нежелании иметь какие бы то ни было дела с Айз Седай. Лучше, чтобы такая идея исходила от вас.

— Айз Седай, — пробормотал Ранд, пытаясь представить себе: женщина, которая улыбалась ему, явилась чуть ли не из сказаний. Помощь от Айз Седай, как говорят сказания, порой оказывалась гораздо хуже, чем отсутствие всякой поддержки, она подобна отраве в пироге, и в их дарах всегда есть крючок — как в наживке для рыбы.

Внезапно монета в кармане, монета, которую Ранду вручила Морейн, показалась ему раскаленным угольком. Он с большим трудом удержался, чтобы не выхватить ее из кармана куртки и не вышвырнуть в окно.

— Никто не хочет впутываться в дела Айз Седай, — медленно произнес мэр. — Я вижу единственный шанс, но решиться на него не пустяк. За тебя я думать не могу, но от госпожи Морейн...