Она (не) твоя (СИ)

— Верно, — подтвердил Борис Евгеньевич. — Иначе все может закончиться очень печально.

И после этих слов все вокруг потонуло во мраке. Кабинет в один миг покинули цвета, запахи и звуки. Дарья что-то показывала мне на снимке УЗИ, затем — на плакате с изображением большого сердца. Борис Евгеньевич поддакивал и советовал провести операцию в Израиле. Он дал мне брошюру одной из клиник и сразу предупредил, что такая операция будет стоить немалых денег.

Они говорили, говорили, а по моим щекам без остановки катились слезы.

И почему-то в этот момент перед глазами встал образ Софии.

Я уже успела представить, как она растет без меня, как я наблюдаю за ней как будто со стороны и не могу даже прикоснуться. Руки затряслись от этих мыслей, в горле встал ком — я не могла выговорить ни слова.

— … Виза туда не нужна, поэтому, как только будете готовы, мы поможем вам собрать все необходимые документы и договориться с поступлением в клинику.

— Какая примерна стоимость операции? — надломленным голосом спросила я.

Доктора снова переглянулись.

— Сумма рассчитывается индивидуально для каждого пациента. Нужно учитывать не только саму операцию, но и подготовку к ней: ЭКГ, рентген, прием кардиохирурга, анализы, компьютерную ангиографию. Ну и плюс проживание…

— Можете хотя бы примерно сказать, на что рассчитывать? — попросила я, зная, как дорого нынче обходятся сложные операции, особенно за границей.

Борис Евгеньевич достал телефон, зашел в калькулятор и, записывая что-то на задней стороне брошюры, долго набирал цифры.

А когда он озвучил приблизительную сумму, я едва не свалилась со стула.

— Золотое сердце… — шепнула я, глядя на экран сквозь слезы.

Я вышла из кабинета на негнущихся ногах и со стопкой различных направлений.

Кирилл вскочил со стула и с обеспокоенным видом подбежал ко мне.

— Ну, что сказали? — спросил он, склонившись к лицу и положив обе ладони на мои плечи.

Я даже слова вымолвить не смогла, шевелила сухими губами и едва удерживалась на ногах.

В один миг тело превратилось в мешок набитый тряпьем — настолько оно ослабло, в голове крутился вихрь пугающих мыслей, в груди еще сильнее потянуло.

Кирилл переместил руку на мою талию и, отведя чуть дальше по коридору, усадил на диван.

Он сбегал к кулеру, принес стакан с холодной водой, я жадно выпила ее залпом и только теперь подала ему заключение врача.

Кирилл внимательно водил взглядом по буквам, посмотрел направления на анализы, изучил брошюру израильской клиники, перевернув ее, увидел сумму и округлил глаза.

— Ого! — Он надул щеки и запустил пальцы в волосы. — Обалдеть…

— Кирилл… — я взяла его за руку и с большой надеждой посмотрела в глаза. — Ты поможешь мне собрать эту сумму?

Глава 40.