Она уже мертва

– Пойдем, – легко согласился Шило.

– Э-э… А поискать мелких киношных негодяев ты не хочешь?

– Они наверняка где-то в доме.

– Час назад ты об этом не думала. Когда забралась сюда.

Белка внимательно посмотрела на Шило. Старый свитер с катышками на рукавах, приспущенная петля на плече. Дешевые джинсы, дешевые стоптанные ботинки. А где-то там, под свитером, под кожей, если хорошенько ее поскрести, обязательно сыщется матросский «рябчик» – неизменный прикид восьмилетнего мальчика Генки, который непременно должен сунуть свой нос в любую дыру. А здесь не дыра – самая настоящая пещера с сокровищами из сказки про Али-Бабу и сорок разбойников. Шило и сам похож сейчас на лихого разбойника: ноздри раздуты, глаза сверкают, губы раздвинуты в рассеянной улыбке. Смена настроений в нем воистину поражает!

– Ну что? – нетерпеливо спросил Шило.

– Не знаю… Не очень-то мне нравится это место.

– Да брось ты! Найдем злодеев и зададим им хорошую взбучку.

– Я бы хотела убраться отсюда. И вообще – убраться к чертовой матери.

– То-то они порадуются. Изгнали еще одного претендента на наследство. Не мытьем, так катаньем.

– Как знаешь. Но ведь на ночь глядя ты не двинешься?

Белка обижена. Раздосадована. Прежде всего на себя, что оказалась такой легковерной идиоткой. Взяла и поверила, что свидание ей назначил Сережа. Единственное, что хоть как-то сластит горькую пилюлю: автор жестокой шутки – не он. Кто – не суть важно. Главное – это не он.

– Решила окончательно? – зачем-то переспросил Шило.

– Утром провожу тебя до трассы, если ты не против.

– Жаль, конечно, что ты уезжаешь. Я уже успел привыкнуть к тебе.

– Ты всегда можешь приехать в Питер. Если захочешь.

– Угу. Обязательно воспользуюсь твоим предложением.

– Приезжай с девушкой.

Шило больше не выглядел разбойником, скорее – Али-Бабой, застигнутым врасплох подлинными хозяевами сим-сима.

– Со своей девушкой, – уточнила Белка. – Моей большой поклонницей, как ты выразился. Или ты соврал?

– Про то, что она – моя большая поклонница.

– Нет. Все так и есть.

– Тогда вдвоем и приезжайте. Как ее зовут, кстати?

Это был очень простой вопрос, заданный из вежливости. А еще из-за того, что Белка чувствовала необъяснимую симпатию к своему новоявленному братцу, прикатившему к морю прямиком из сумрачных северных лесов. А может, не такие уж они и сумрачные?

– Далась тебе моя девушка…

Шило не хочет разговаривать о своей возлюбленной, надо же! Да и Белка хороша, болтает с ним так, как будто он – один из сотни ее вечно рефлексирующих нытиков-приятелей, Или – хуже того – безмозглая адептка ее колонки в журнале, озабоченная лишь поисками состоятельного мужа. А Шило – строгий юноша, кого угодно он в свою жизнь не допустит. Это право еще надо заслужить.