Она уже мертва

Тем более что был еще и третий этаж – со спальнями, сухо пронумерованными от единицы до пятерки; овальной комнатой в торце с надписью «кабинет» и тем, что так удивило Шило, – домашней часовней. И, кроме центральной лестницы, по которой они поднялись на второй этаж, была еще одна, за «Розой ветров». Эта вторая лестница вела ко второму выходу из дома.

Держа план в руках, Белка вышла из кинозала и прислушалась. В доме было тихо, а единственный звук, который сопровождал ее, был звуком зажигающихся плафонов – срабатывали датчики движения.

– Шило! – позвала она. – Ростик!

Ответа не последовало.

– Маш! Миккель! Куда вы запропастились?

На секунду Белке стало не по себе. Остаться в кинозале – не самая лучшая идея, куда разумнее было отправиться с Маш. Дом уже преподнес ей один неприятный сюрприз, не стоит об этом забывать.

Так, периодически выкрикивая имена и меняя их в произвольном порядке, Белка добрела до бильярдной и наконец обнаружила то, что тщательно искал Шило: крошечную, размером с две сигаретные пачки, видеокамеру. Она была закреплена под потолком, над аркой, отделяющей часть коридора, куда выходили двери буфетной. Камера работала (об этом можно было судить по зеленому огоньку) – следовательно, где-то в доме есть место, куда стекается вся информация. Учитывая начинку дома и его масштабы, можно подумать и о целой аппаратной!

Несколько секунд Белка, как завороженная, смотрела на зеленый глазок, а потом вдруг подняла руку, помахала в воздухе пальцами и улыбнулась:

– Сережа! Привет, Сережа! Это я, Белка.

Глупо ожидать ответа от куска металла, но ей надо заявить о себе. Вдруг Сережа сидит где-то там, в овальной комнате, и пристально разглядывает свою маленькую подружку из прошлого? Не находя в ней никакого сходства с той девочкой, которая читала «Идиота» и всё расспрашивала о Корабле-Спасителе. Или – находя?…

Зеленый глазок камеры бестрепетен.

Он не пугает Белку, наоборот – дает возможность помечтать. Представить себя героиней фильма, романтической комедии или мелодрамы с хорошим концом. По воле сценаристов героиня одинока, во всяком случае – чувствует себя одинокой и неприкаянной. Вот она приходит домой, где ее никто не ждет, и включает свет. И – оп-ля! – отовсюду сыплются люди в смешных разноцветных колпаках, с бумажными свистульками, с шарами и плакатом «С днем рождения!». Вечер тут же превращается в вечеринку, все пьют вино, едят закуски руками, развлекают Белку и сами себя, ходят курить на лестницу, травят анекдоты, играют в ассоциации – в общем, ведут себя, как дети.

Шилу пошел бы колпак, и Ростику пошел, и Тате, а вот Маш выглядит в колпаке нелепо. Она избавилась бы от дурацкой вещицы первой и первой начала бы курить в доме, используя вместо пепельницы банку из-под оливок.