Опасные игры с реальностью 1

И решили мы сделать такой трюк: Агата намеренно задержалась у мясной лавки, а я пошел дальше к порту. Выдержав паузу, кеошерийка пошла за мной, держа большую дистанцию и приглядываясь, не увязался ли кто подозрительный. Однако никого не обнаружила, да и само это неприятное ощущение, будто есть у кого-то к тебе меня скоро покинуло. Остается списать все это на мои личные глюки.

Любим мы с Агатой порт. Любим смотреть на море и корабли, мечтая о плаванье куда-нибудь далеко к неведомым землям. Например, в страну черных людей — Нурмию. Еще нам нравится портовая тусовка, матросы с других городов и стран, и трезвые, и пьяные, и злые, и веселые — все это интересно. Я поделился с Агатой, что Элиан будто бы всерьез желает, чтобы я сопровождал ее в Леадор. Вот здесь Агатушка погрустнела, пока я ее не заверил, что раньше, чем я раздобуду карту и мы решим вопрос с гробницей Арха Наргула, ни о каком Леадоре речи не будет. Да, я как бы должен исполнить еще два желания эльфийки — это долг чести. Но свои условия я тоже обозначу, и Элиан придется их принять.

Говоря об этом, мы подошли к большому эльфийскому кораблю. Трехмачтовому, красивому, с бортами похожими на сложенные крылья птицы. Он стоял у центрального причала на погрузке. Остановившись у сходен, я спросил у важного эльфа, следившего за такелажниками:

— Эй, уважаемый, сколько будет стоить плавание с вами до Тиирлиэн?

— Тебе, вятичевский, знать это не надо. Мы таких не берем на борт, — пренебрежительно ответил он и усмехнулся.

— Сука, урод гребаный! — прошипела коша. — Ненавижу эльфов!

Мне так и хотелось сообщить ему, что я трахаю одну из ваших очень важных сучек и если пожелаю, то поплыву в Тиирлиэн с большим комфортом, но не стал. Ни к чему марать имя Элиан, и связывать его с напыщенными мерзавцами из ее страны.

Мы пошли в «Капитан Боррис», собираясь провести там время позднего вечера: поиграть в турго, немного попьянствовать и поужинать. Солнце уже садилось, и близилось самое приятное время, которое мы с кошей любили. И здесь, именно в этот вечер случилось то, что значительно повлияло на мою дальнейшую жизнь.

Когда за окном угасли последние блики малинового заката, в зал «Капитана Боррис» вошла странная парочка: девушка лет двадцати пяти и мужчина, лет сорока или даже пятидесяти: из-за его седины, особо заметной на пучке волос, собранных на затылке; шрамов на щеке, возраст мужчины определить было сложно. А девушка… мой взгляд так и прилип к ней. Хороша, сучка. Особенно фигурой, где все сложилось превосходно. И лицом, может не столь светлым и милым как у Элиан или княгини, но таилось в нем нечто такое, что пленило взгляд. Может ее чуть насмешливая улыбка. Может глаза, необычные, серые с бледной голубизной.