Опасные игры с реальностью 1

Она хотела было отступить, но мы стояли в самом неудобном месте, на виду и теперь было бесполезно пытаться скрыться. Нас заметили почти сразу. Я мгновенно активировал «Перуны» в левую руку, другой выхватил кинжал. Меч моей спутницы сверкнул серебряной молнией в свете Леды.

— Ох ты Крон Разящий! Гости! — вскричал первый заметивших нас

— Здесь баба! — извести головорез, выхватывая меч.

— Их двое или есть еще? — вопросил коренастый, делая несколько шагов вбок, отрезая нас от берега.

Наругу Хуммай развел в стороны руки и вспыхнул яркий шар света, освещая все вокруг словно маленькое солнце.

— Сама госпожа Латея! — воскликнул нурмиец, одновременно кастуя неведомую мне магию: между черных ладоней вспыхнуло плотное малиновое свечение.

Я ударил сразу, как только поток пошел в руку. Ударил, целясь в мага, по всем правилам, как учила Элиан. Синий жгут разряда с хищным треском устремился к нурмийцу, однако не причинил ему вреда. Неведомым образом Хуммай отклонил его, сделав резкий пас рукой.

— Вашего друга, Латея, я убью сразу. Бросайте меч — у вас еще есть шанс послужить мне, — сказал Наругу, и пламя вспыхнуло в его правой руке.

За спиной послышались торопливые шаги и голоса — на помощь к своим спешили караульные от причала. И тут же увидел, как Латея взмахом левой руки породила оранжевое сияние. Это сияние, схваченное в кокон ярких линий, скорее всего было порталом «Магии призыва» — очень серьезной магии. Я пока не представлял какова сила этой чертовки и кого она способна притянуть из потусторонних миров.

В противостоянии с магом, если он намного сильнее тебя, все решает быстрота — это правило я усвоил давно и много раз подтверждал его на практике. Благодаря урокам Агашимаи быстрота у меня имелась. Может не такая, как у самой кеошерийки, но достаточная, чтобы рогатый противник понял, что игры в легкую не случится. Я успел отклониться от его удара: малиновая вспышка, оплавляя камни, ухнула ровно в том месте, где я стоял секунду назад. Ничего не скажешь, смертельная магия. Если плавятся камни, то от тела остался бы только пепел. Успев уйти в перекат, я вышел из него в шаге от охреневшего от неожиданности коренастого — того самого мудозвона, наивно полагавшего отрезать нас от моря. Краем глаза успел заметить, как оранжевый кокон Латеи разорвался, и на землю спрыгнул огромный волк. Всклокоченная шерсть его светилась призрачно-синим, глазища сверкали злобой, оскаленная пасть явила огромные клыки. Отлично! Латея создала серьезную проблему для мага-нурмийца: призванный волк пошел на него, и тот был вынужден закрыться магическим щитом сразу с двух рук.

Лезвие моего кинжала будто само нашло шею коренастого. Вошло с хрустом, достав до позвонков.