Ошибка Бога Времени

Пошли!

– Не совсем, но ничего другого здесь больше нет! Не чувствую… Или флешка, или не здесь. Поднимайся, Жорик, сваливаем.

Они вернули на место полоску белой бумаги с синими печатями и тихонько спустились с лестницы.

Отъехав пару кварталов, Зажорик заглушил мотор и достал из кармана конверт. Зажорик вытащил из конверта листок бумаги, поднес к глазам. Прочитал имя и, ошеломленный, повернулся к Монаху.

– Ты чего, Монах! Совсем охренел?

Монах смотрел на него с загадочной улыбкой, молча. Потом сказал:

– Поехали, Жорик, смотреть кино! Нас ждет момент истины, мой друг!

– Смотри, вот она! – Монах тычет пальцем в экран.

– Откуда ты знаешь? – возражает Зажорик. – Тут полно народа!

– Но здесь одна спина!

– Сейчас она подойдет к лифту и повернется боком… там лифты в коридоре, перпендикулярном к лобби. Смотри, повернулась, нажимает кнопку вызова. Видишь?

– Но зачем?! – вскричал Зажорик. – Зачем ей надо было травить Женьку?

– Месть, возможно?! Допустим, он не собирался бросать жену, поиграл и отодвинул. Ты же сам говорил, что у Марика рога как у лося. Или… – Монах замолкает, раздумывая.

– Или?.. – повторяет завороженно Зажорик.

– Или это был замысел убрать его из «Торга», подсунуть Юльке молодого мужика, своего очередного любовника, и в итоге прибрать к рукам бизнес. Или то и другое вместе. Вряд ли мы теперь узнаем. Кроме того, яды – женское оружие. Правда, программист был убит ножом. И это доказывает, что убийцы часто действуют по обстоятельствам – то ядом, то ножом, то еще чем-нибудь.

– А как же почерк преступника?

– Это, я думаю, скорее у маньяка, а у нас… не маньяк.

– Но это же… ни в какие ворота… – Зажорик даже стал заикаться от потрясения.

– Ты сам говорил: у нее были любовники…

– Ну, были, ну и что? А у кого их нет?

Монах вдруг протягивает руку к лицу Зажорика, тот отшатывается.

– Раз, два, три… смотри мне в глаза… – негромко говорит Монах, сверля Зажорика пристальным взглядом. – Сейчас ты уснешь на пару минут… расслабься, Жорик. Слушай! Тебе известно, что у Ирины были любовники? Закрой глаза, расслабься, спи…

– Известно, – говорит Зажорик чужим, каким-то деревянным голосом.

– Ты кого-нибудь из них видел?

– Кто это был? Ты его узнал?

Зажорик хмурится и молчит.

– Ты его узнал? – настойчиво повторяет Монах. – Кто это, Жорик?

– Все, все, все… проснулся! – Монах щелкает пальцами перед лицом Зажорика. Раз, два, три! – Тот открывает глаза. – Ты все помнишь? – спрашивает Монах. Зажорик кивает. – Теперь ты понял? И Евгений и Алекс умерли от сердечного приступа! Оба! Это не кажется тебе подозрительным? И Юлю она травила. Если бы не мы… Мало тебе?

– Помню… понял, – лепечет ошарашенный Зажорик.