Жилец. Смерть играет

Это происходило в пятницу утром. Они сидели в кабинете инспектора в Скотленд-Ярде за столом, засыпанным узкими полосками бумаги с отпечатанным на них текстом.

— Абсолютно, — последовал ответ. — В конторе все большие машинки одного образца, за исключением маленькой, портативной в кабинете Дюпина. Там у него стоит «Диадема».

— И совершенно очевидно, что это не она, — заключил Маллет, выстукивая по письму широким указательным пальцем. — Я не претендую на роль эксперта в этих вопросах, но навскидку сказал бы, что это напечатано на портативном «Хорнингтоне». — Он скатал из полоски бумаги шарик и, передернувшись от отвращения, выбросил его в мусорную корзину. — Вот так-то! И что мы теперь имеем? У нас есть письмо, отпечатанное на фирменном бланке, но не в конторе. Письмо принесли извне, с тем чтобы бедняга Гейвстон смог его подписать. Но кто мог раздобыть бланк? Очевидно, любой сотрудник конторы, который не поленился стащить его и унести домой. Интересно, у кого из них есть пишущая машинка? Впрочем, в наши дни практически у каждого. Между прочим, интересно, а нет ли таковой пишущей машинки у Дюпина в доме?

— Конечно же есть, — с торжествующим видом отозвался Франт. — И вот образец ее шрифта. — Он положил перед инспектором лист почтовой бумаги и добавил: — Это письмо адресовано лично главному комиссару. Нам только что его прислали — разобраться.

Маллет взял в руки бумагу и прочитал:"

"«Милостивый государь!

После того как я несколько раз тщетно обращался в свой местный полицейский участок, я вынужден написать вам лично и просить защиты у полиции. Как вы, возможно, знаете, я являлся секретарем „Лондон энд империал эстейтс компани“ вплоть до прекращения ее предпринимательской деятельности. С тех пор как я дал свидетельские показания на следствии по делу покойного председателя, мистера Баллантайна, у меня есть все основания считать, что моя жизнь тоже находится в опасности. Я не единожды наблюдал каких-то крайне подозрительных субъектов, шныряющих возле моего дома. Один из них стоит на тротуаре на противоположной стороне улицы и сейчас, когда я это пишу. Я настоятельно прошу, чтобы моему заявлению, которое при данных обстоятельствах (уверен, вы с этим согласитесь) вполне обосновано, был незамедлительно дан ход.

Остаюсь Вашим покорным слугой, Н. Дюпин».

Маллет положил письмо рядом с другим.

— Шрифт совершенно иного образца, — прокомментировал он. — К примеру, взгляните вот на хвостик у «g». Ну, и что вы предлагаете в связи с этим делать?

— Отозвать наших людей и поставить констеблей в униформе, — тут же отреагировал Франт. — «Подозрительные субъекты» — это конечно же наши люди…

Маллет задумался.

— Полагаю, мы можем поступить еще мудрее, — сказал он, выдержав паузу.