Жилец. Смерть играет

— Как мне представляется, смерть мистера Баллантайна сильно ударила по вашему финансовому положению? — предположил Маллет.

Миссис Илз кивнула.

— Арендная плата за эту квартиру внесена до конца года, — сообщила она. А потом… Ну, в общем, это будет очень нелегко, вот и все. Помпи всегда говорил, что отпишет мне что-нибудь приличное по завещанию, но теперь вряд ли кому-то что-то перепадет, правда? Впрочем… Боюсь, это не особенно вам пригодится, мистер Маллет?

— В делах такого рода, — веско проговорил инспектор, — всегда важно знать, кто выгадает от убийства. То, что вы мне рассказываете, представляет важность с точки зрения, скажем так, отсева.

— Вы имеете в виду, что я?.. Да, пожалуй, можно было бы и догадаться. Когда убит мужчина, его любовница, естественно, попадает под подозрение. Миссис Илз произнесла это режущее слух слово вызывающим тоном. — Но в данном случае если какая-то женщина и проиграла в результате его смерти, так это я, только я.

Последовала пауза, после которой Маллет попросил:

— Не могли бы вы рассказать мне все о себе и мистере Баллантайне?

Она пожала плечами.

— На самом деле ужасно мало чего есть рассказать, — ответила она.

 — Мы какое-то время поддерживали знакомство от случая к случаю — мой муж в те дни был связан с ипподромом, и мы довольно часто встречались на скачках. В конце концов, примерно два года назад, Баллантайн снял эту квартиру и вот — нате вам.

— И с тех пор он жил здесь с вами?

— Да. Хотя, пожалуй, это было бы слишком категоричное утверждение. Он мог находиться здесь, ну, скажем, целыми неделями, а потом необъяснимым образом исчезал на некоторое время. Потом однажды звонил, просил с ним встретиться и пообедать где-нибудь, а после этого возвращался сюда и оставался — либо на одну ночь, либо опять на довольно долгий срок.

Он был во многом непредсказуемым человеком. Я не знаю, куда он отправлялся в промежутках. Хотя тут была его штаб-квартира, и, конечно, она была всегда готова его принять — когда бы он ни пожелал ею воспользоваться.

Эта фраза пробудила какой-то отголосок в памяти Маллета. Где он раньше слышал нечто очень похожее? Ну конечно же миссис Баллантайн произнесла почти те же самые слова, давая показания во время расследования.

И Маунт-стрит, и Белгрейв-сквер были открыты для Баллантайна, но он выбрал смерть на Дейлсфорд-Гарденз! Эти размышления породили его следующий вопрос:

— Он когда-нибудь упоминал при вас о Дейлсфорд-Гарденз или о Колине Джеймсе?

— Никогда. Я в этом уверена. Он вообще не особенно распространялся на посторонние темы.

— А вы никогда не пытались выяснить, куда он отправлялся «в промежутках», как вы выразились?

— Нет. Конечно, иногда я догадывалась. Он всегда был ходок, этот Помпи.