Пепельное небо

Оглядываясь назад, я вновь и вновь прокручивал в голове это событие.

Радио перестало говорить еще во вторник. Так что никаких новостей из окружающего мира мы не получали уже два дня. Хотя, откровенно говоря, и то, что уже знали, энтузиазма не вызывало ни у кого.

В мире все резко и однозначно похреновело. В Африке началась очередная буча. Кто там на этот раз заварил кашу, толком и не выяснили. Но, в отличие от прошлых таких случаев, сейчас все здорово аукнулось и соседям. Беспорядки начались и в Европе. Об этом говорилось глухо, но понять кое-что было можно. Во всяком случае, до стрельбы дошло. И итог не везде оказался в пользу правительственных формирований. Первыми, кому надоел этот бордель, оказались немцы. Как было ясно из новостей, они не остановились даже и перед вводом армии в бузящие кварталы. Вломили там крикунам здорово и по-немецки основательно.

А вот после… тут уже никакой ясности не было. Неведомо с какого бодуна Евросоюз вдруг окрысился на нас. Мол, за всем этим бардаком стоит Россия! Откровенно говоря, вспоминая мрачное выражение лица Хазина и зловещую ухмылку его секретаря… кое-чему я склонен был и поверить. Наш президент вдруг встал в горделивую позу и… показал зубы, посоветовав западным «коллегам» искать топор у себя под лавкой. Мол, у нас и своих проблем навалом, не до вас! Тут уже взвилась и Америка. Нам недвусмысленно намекнули, что Россия до сих пор так и не расплатилась по старым долгам. Припомнили и фактический срыв продовольственных поставок в прошлом году (тут уже я злорадно ухмыльнулся). Вспомнили и про еще стоящие на боевом дежурстве ракеты, ехидно поинтересовались — а с кем это, интересно знать, собралась воевать Россия? Да еще и ядерными ракетами?

Президент ответил что-то невнятное, и тогда нам выкатили ультиматум — отключить систему «Периметр». Допустить на ее КП «международных» наблюдателей и «разоружиться перед партией», нет, на этот раз всего лишь перед Европой. Мол, все дружные соседи, к чему нам грозить друг другу? Ага… видал я таких соседушек… в гробу. Вот тут у нас радио и кончилось…

— Ну, что скажешь, Петрович?

Начальник колонии посмотрел в сторону своего зама по оперработе. Тот сидел напротив него, осунувшийся и побледневший.

— Надо полагать — больше и не будет. Все, что удалось выяснить, так это то, что нападению подверглось большинство крупных городов и промышленных центров. Что уж там после этого произошло… — подполковник Шихматов развел руками. — Последнее, что я успел получить из управления, команда решить вопрос с контингентом. На этом все — как отрезало. Телефон ни с кем не соединяет, в эфире сплошной треск, про прочие линии связи и говорить нечего. Мобильники вообще как три дня назад сдохли, так больше ничего и не ловили.