А мы с тобой не чужие (СИ)

Накрываю его руки своими руками и чувствую, как по всему телу разливается жар от соприкосновения наших тел.

— Я с тобой не расплачусь за это платье, — шепчу с улыбкой.

— Это подарок, — летит ответ.

К тому времени, как мы определяемся с нарядами, время показывает почти семь часов вечера. Становится ясно, что мы опоздаем на званый ужин.

Переглядываемся и решаем переодеться прямо в торговом центре.

На выходе мы останавливаемся, чтобы сделать селфи. «Вот он, идеальный наряд!» — пытаясь уместиться в кадре с Андреем в его телефоне, улыбаюсь я. Меня переполняет чувство удовлетворения от удачной покупки.

Вскоре такси медленно везет нас обратно в отель. Нас ждет атмосферное завершение дня в ресторане.

Пропуска у нас с собой, а еще нам безумно везет. К тому времени, как мы приземляемся на свои места, ужин только-только начинает раскачиваться. Место организаторами конференции выбрано достойное — просторный банкетный зал с большими окнами и террасой, с которой открывается вид на вечернюю Москву — идеально!

Я зорко смотрю по сторонам, но Голубицкой нигде не видно. И я выдыхаю. Я и забыла, что у нее нет пропуска. Поднимаю бокал с шампанским, флиртую с Новиковым, и мне уже начинает казаться, что я обозналась. Может, у рецепшена на первом этаже была вовсе не Голубицкая?

Вечер затягивается. Столы ломятся от яств, алкоголь льется рекой. Профессиональные разговоры бесконечны. А тут еще музыканты на небольшом подиуме поют на разрыв, завлекая потанцевать, и к полуночи конференция превращается в один большой танцпол. Часть приглашенных удаляется на террасу, продолжить умные беседы за чарочкой чего-то горячительного, но те, кто помоложе, остаются танцевать. Мы с Новиковым, естественно, тоже остаемся в зале. Кстати, шляпа оказывается весьма кстати — Андрею она идет, а учитывая количество коньяка, шампанского и прочих угощений, барьеры рассыпаются сами собой.

Танцы, танцы, танцы…

К тому моменту, когда мы с Андреем все же решаемся улизнуть с потонувшего в пьяном веселье банкета, время на часах — начало первого.

В холле, в отличие от просторного банкетного зала, относительно тихо.

Меня ведет в сторону, но Андрей успевает подхватить меня за локоть.

— Сегодня на тебя смотрело так много мужчин, что меня едва удар не хватил от ревности, — признается он.

Я улыбаюсь. Поправляю воротник на его стильной рубашке.

— А ты знаешь, что ревность — признак того, что ты ко мне неравнодушен? Скажи, я тебе нравлюсь?

— Ну… не совсем, — в его глазах странный вызов, и я настораживаюсь.

— Что значит, не совсем?

— Нет, ты не подумай. В тебе все прекрасно — и ты сама, и это платье, и блеск в глазах.

— Но?..

— Что «но»? Фамилия твоя мне не нравится. Она у тебя ужасная, Даша. Резкая и грубая.

Я ошеломленно притормаживаю.