Первый шаг Некроманта

— Он под нами! — прокричал Ломоносов, но мы стояли на каменном полу, и это был первый этаж.

— Барин, сюда! — подозвал Семён. — Я на этих мельницах десять лет проработал, тут должен быть подвал.

И действительно, сметая ногами строительный сор, мы вскоре наткнулись на железный люк. На удивление он легко поддался, хоть и выглядел заржавевшим.

«Его недавно открывали».

Вниз уходила полусгнившая деревянная лестница, и я решил спуститься туда один. Мой телохранитель её обвалит своим мускулистым телом, а Семён слишком стар для таких фентилей. Ещё, чего доброго, кости себе переломает, а вот мне в самый раз — я худой и лёгкий. Так что вскоре, напрягая зрение и аккуратно прощупывая ногой ступеньки, я добрался до дна.

— Феликс, Феликс, ты тут? — запах сырости и вода по щиколотку не располагали к долгим поискам.

Я зажёг один круг огня и осветил помещение.

— Ох, ты ж ё-моё, — не сдержался я.

В дальнем углу, прикованный цепью, сидел в воде измождённый горе-лекарь. Его руки были связаны верёвкой, а во рту торчал кляп. Я тут же достал нож и освободил Феликса от пут. Его тело дрожало так сильно, что вода постоянно плескалась вокруг.

Я поменял стихию на землю и смог раскрошить стену, куда крепилось железное кольцо.

— Б-б-барин. Это Мещерские, г-гады п-п-постарались. Я п-п-просто п-п-продал им два лекарства, а они п-п-перепутали их и не тому дали. К-крест даю, н-не моя в-вина!

— Молчи, на вот, — я сунул ему флягу, скинутую Семёном, и мужчина присосался к ней синими губами, впитывая спирт как оголодавший младенец.

Всё вышло не так, как мы думали, но может оно даже к лучшему. Открытую борьбу с Пронскими я пока не потяну. Феликса догнало и дало пинка его прошлое (а прошлое ли?). Некоторые говорят, что его зелья помогают, но я в этом сильно сомневался. Однако просто так оставлять самосуд Мещерских я не собирался. Не подоспей мы вовремя, Феликс бы помер. И как жестоко рассчитали-то: рядом ни души, а из-за шума воды неслышно криков.

«Наказывать своих людей могу только я!»

Спустя десять минут мы вытащили пленника на поверхность и велели Семёну отвезти его к ближайшему некроманту. Организм рыжего жулика на удивление оказался крепким. Как потом выяснилось, он схлопотал лишь переохлаждение и пару язв на ногах. Своё везение тот объяснил постоянными экспериментами над собой. За годы дегустации противных зелий тело в каком-то смысле закалилось.

— Ну, теперь можешь объяснить? — спросил я Ивана, прищурив один глаз от солнца, как только Семён с Феликсом умчались прочь. Спешить больше некуда, и мы с облегчением топали обратно. — Как ты его нашёл?

Ломоносов вытер пот со лба и водрузил треуголку на голову.

— У меня, как это точнее выразиться… Небольшой дар — я могу видеть потоки маны. То есть буквально.