Первый шаг Некроманта

Я всё же замолчал и показал ей язык. Похоже, пока я буду развеивать этот образ, вдоволь восполню недостаток баловства в детстве. Отец с дедом за такие фортели отвесили бы мне знатного леща. Воспитание у меня было строгое, но хоть я и любил своих давно почивших предков, иногда хотелось, чтобы они ослабляли хватку. Детям надо давать побыть детьми, пока на это есть время.

Мы высадились в центре Громовца. Этот уезд собрал вокруг себя порядка трёх сотен деревень, сёл, посёлков и хуторов. Довольно большой административный центр. Отец как-то рассказывал, что тут живёт около тридцати тысяч душ. Мелочь по сравнению с городами Хессалии, исчислявшимися сотнями тысяч поселенцев.

Я успел изучить карту мира и самой Российской империи, так что понимал важность Громовца. Через него пролегал торговый путь в Москву, так что рынок изобиловал зарубежными и отечественными товарами.

Аня помпезно развернула зонтик, чтобы укрыться от жары. Середина лета выдалась знойной. Позади меня шли Семён и Мишка-Шатун.

— Сначала мы заглянем сюда, — огорошила меня сестра.

— Это не книжный магазин.

— Подождёшь со своими книгами, мне нужно купить платье к балу.

Мы надолго закусились и словесно пикировались, не желая друг другу уступать. Борис ясным языком дал понять, что она всего лишь сопровождающая, но наглая деваха думала и сама прибарахлиться. Причём за мой счёт!

Делиться деньгами я не собирался — они и так мне достались, считай потом и кровью. Сидеть смотреть, как тает мой и так скромный бюджет, я не собирался. К тому же она была в сговоре с Александром и хотела меня убить!

— Ваше благородие, я могу за ним присмотреть, пока вы будете в примерочной. Обещаю, с Артёмом Борисовичем ничего не случится, — согнулся в поклоне Семён. Старику выдали новую форму камердинера, подлечили, причесали, и теперь он был похож на потомственного слугу в третьем поколении. — Через три часа встречаемся здесь, как вам предложение?

Глаз Анны Борисовны дёрнулся — не получилось пустить свою загребущую ручонку ко мне в карман, но это не значило, что у неё нет собственных сбережений, поэтому она согласилась.

— Опоздаете, смотри, Семён — шкуру сдеру, нос-то не задирай.

Дед молча склонил голову в знак уважения, а когда вспыльчивая барышня скрылась за массивными дверьми торгового дома, выдохнул с облегчением.

— Вот те на… Кругом виноват.

— Молодец, Семён, — я хлопнул деда по плечу и приказал вести к ближайшему букинисту.

В моём распоряжении было сто пятьдесят рублей. Буханка хлеба стоила пятьдесят копеек, так что сумма не то чтобы большая для аристократа, но для всякой челяди довольно вкусная.

По пути мы заглядывали и в другие лавки. Меня заинтересовала оживающая композиция из солдатиков, магов и лошадей.