Пять невест и одна демоница

И еще от ужаса, ибо если демоны отличались силой, то демоницы были известны в первую очередь коварством и величайшей жестокостью.

Надежда на безболезненную смерть истаяла.

Меж тем демоница оставила его.

Ричард слышал, как она ступает, очень осторожно, почему-то пришаркивая, будто… ранена? Нет, раненая демоница сожрала бы его, пытаясь восстановить целостность физического вместилища. Эта же… эта поправила руки, сложив их зачем-то на груди.

Постучала по нагрудным пластинам. Теперь походный доспех вспоминался с глухою тоской.

– Эй, – демоница переступила через Ричарда, чтобы усесться ему на живот. – Ты там как вообще?

Ричард прикусил язык.

Авось, мертвого жрать не станет. Правда, как долго ему удастся притворяться?

– Понятно, – сказала демоница, вздохнув. – Тоже контуженный.

Пальцы её ощупывали доспех, явно пытаясь найти слабое место. Драть будет? Ричарду случалось бывать в Рах-Каешь, где еще сохранились следы ярости Младшей Дочери Гха.

Почему она просто не вскроет металл?

Затем под подбородок нырнули пальцы, и Ричард понял, что его игра раскрыта. Пальцы зацепились за ремешки, подергали их и демоница сказала, как почудилось, обиженно:

– Да кто ж так завязывает! На бантик надо!

Чтоб жрать было проще?

Хотя, конечно, в чем-то она права. Ремешки Линг завязывал на совесть, так, что только он и мог их развязать.

Демоница вздохнула и села.

Сидела она так долго, явно думая о чем-то своем. Возможно, в коварных её замыслах нашлось место и Ричарду, если его до сих пор не сожрали.

А может… мысль принесла несказанное облегчение. Конечно! Кровь! Его кровь, которая послужила проводником заклятья! И она же дала защиту! В теории.

Проверять теорию практикой не хотелось, но и в дальнейшем лежании Ричард не видел смысла. Пусть, конечно, демоница была нетяжелою, но сама её близость навевала мысли о вечном.

Он осторожно пошевелил левой рукой.

Демоница напряглась.

Нет, она сползла и, склонившись над Ричардом, поинтересовалась:

Пока да. И Ричард медленно кивнул. Застыл. Бросится? В Книге силы ясно указывалось, что после перехода демоны испытывают невероятный голод, с которым не способны были совладать.

– Живой! – обрадовалась демоница.

Наверное, она была из тех, кто брезговал мертвечиной. Иначе эту вот радость Ричард объяснить не мог. А по шлему постучали и демоница заботливо осведомилась:

– Н-не стоит, – Ричард все-таки сел. Не с первого раза, но когда он едва не грохнулся – даже домашний доспех весил изрядно – его заботливо подхватили и помогли.

Коварство демоницы определенно превышало все мыслимые и немыслимые пределы.

И демоница повиновалась! Она отступила на шаг, пусть небольшой, чтобы застыть в позе, которая явно выражала гнев и недоумение.