Пламя и кровь. Пляска смерти

В песнях поется, как он трижды приподымал мордой крылья мертвого Вермитора – будто взлететь ему помогал; но это, скорее всего, вымысел. Утром он вяло летал туда-сюда, поедая опаленные огнем трупы людей, лошадей и волов.

В битве погибли восемь «водяных орехов» из тринадцати, в их числе Оуэн Фоссовей, Марк Амброз и Удалой Джон Рокстон. Рикард Родден, раненый стрелой в шею, умер на другой день. В живых, считая Хоберта Хайтауэра и Анвина Пека, осталось четверо. Хью Молот был убит, а его мечты о короне сгинули вместе с ним, но второй предатель был все еще жив: Ульф Белый, проспавшись, понял, что остался последним всадником и единственным владыкой дракона.

«Молот мертв, и мальчишка ваш тоже, – сказал он будто бы лорду Пеку. – Один я у вас остался». На вопрос Пека, что он намерен делать, Ульф ответил: «Пойдем брать столицу, как тебе и хотелось. Тебе город, а мне треклятый трон, а?»

На другое утро к Ульфу пришел сир Хоберт Хайтауэр, чтобы обсудить план взятия Королевской Гавани. В «Барсук» по такому случаю доставили два винных бочонка, один с дорнским красным, другой с борским золотым. Ульфу-Бражнику любая выпивка была по вкусу, но сладкие вина он любил больше всего.

Сир Хоберт, без сомнения, полагал, что сам он будет пить красное, а лорд Ульф – борское, но почтенный рыцарь так потел и заикался, что Бражник заподозрил неладное. Дорнское вино он велел пока унести и настоял, чтобы сир Хоберт выпил с ним борского.

О сире Хоберте можно сказать не так много хорошего, но умер он, без сомнения, достойно. Не выдав своих сообщников, он осушил чашу золотого вина и попросил еще. Ульф, видя это, доказал, что заслужил свое прозвище: он выхлебал целых три чаши и начал зевать – яд, растворенный в вине, действовал мягко.

Когда он уснул вечным сном, сир Хоберт попытался вызвать у себя рвоту, но опоздал; вскоре перестало биться и его сердце.

После этого лорд Анвин Пек посулил тысячу золотых драконов любому выходцу из благородного дома, который подчинит себе Среброкрылого. Одному из трех охотников дракон оторвал руку, другого спалил, третий пошел на попятный. Остатки большого войска принца Дейерона и лорда Ормунда таяли на глазах: дезертиры разбегались, унося на себе добычу. Пек, признав свое поражение, призвал своих лордов и приказал отступать.

Обвиненный в измене Аддам из Корабела, он же сир Аддам Веларион, спас Королевскую Гавань ценой собственной жизни… но королеве это было неведомо. Побег Рейениры был сопряжен с великими трудностями. Замок Росби закрыл перед ней ворота по приказу молодой женщины, чьи права на наследство королева презрела, передав все ее младшему брату. Кастелян малолетнего лорда Стокворта дал ей приют всего лишь на одну ночь. «Они придут за вами, – сказал он королеве, – и я не в силах остановить их».