Победитель остается один

Но как бы то ни было, он оказался здесь не просто так, и два года напряжения, страхов, сомнений получили наконец свое оправдание.

Можно себе представить, каков будет следующий кинофестиваль: без магнитных пропусков нельзя будет войти даже на пляж, на всех крышах расположат снайперов из элитных подразделений, сотни полицейских в штатском перемешаются с толпой, рамы металлоискателей установят в дверях каждого отеля, и великие из Суперкласса должны будут ждать, когда же полицейские досмотрят их багаж, попросят снять башмаки и туфли, пройти еще раз, потому что детектор отреагировал на забытые в карманах монетки, всех седеющих мужчин – поднять руки и подвергнуться личному обыску, наподобие какого-нибудь уголовника, а дам – пройти в брезентовую, грубо диссонирующую со старинной изысканностью интерьера выгородку, за которой им придется выстроиться в очередь и терпеливо ждать, пока полицейская девушка не установит наконец, что причиной звона послужили стальные пластинки, вшитые в чашечки лифчика.

И город тогда откроет свое истинное лицо. Роскошь и блеск сменятся напряжением, оскорблениями, безразличными взглядами полицейских, потерянным временем. Отъединенность будет нарастать, и на этот раз – не из-за вечного высокомерия избранных, а в силу самого хода вещей. На приморский курорт пришлют воинские подразделения, поставив им задачу защищать тех, кто всего лишь хотел отдохнуть и развлечься, а немалые издержки придутся на долю налогоплательщиков.

Пойдут демонстрации протеста – честные труженики выступят против этих нелепостей. Правительство опубликует заявление о том, что рассматривает возможность переложить часть налогового бремени на плечи организаторов фестиваля. Спонсоры, которые с легкостью выдержали бы подобные траты, потеряют к этому интерес, потому что кого-то из них унизил мелкий полицейский агент, приказавший ему заткнуться и не нарушать требования безопасности.

Канны начнут умирать. Пройдет еще года два, и станет понятно: меры, принятые для восстановления законности и порядка, дали свои плоды. Во время фестиваля не зарегистрировано ни одного преступления. Террористам больше не удается сеять здесь панику.

Они попытаются повернуть время вспять, но это невозможно; Канны продолжат умирать. Новый Вавилон уничтожен. Современный Содом исчезает с карты мира.

Из ванной он выходит с готовым решением: когда вернется в Россию, даст распоряжение отыскать родных Оливии. И перечислит им через банки с хорошей репутацией анонимные пожертвования. Найдет даровитого писателя и закажет ему ее жизнеописание, а потом оплатит переводы на все языки.