Победитель остается один

Бродяга схватил бутылку водки, выпил прямо из горлышка, а потом стал жаловаться на жизнь, на правительство, задавать вопросы: «Кто вы такие? Откуда у вас деньги, когда мы все кругом живем впроголодь?» Игорь молча слушал его в течение нескольких минут.

Затем взял бродягу за руку и вывел на свежий воздух (ресторан находился на маленькой не мощеной улочке). У входа его ожидали двое охранников. В окно Ева видела, как муж обменялся с ними несколькими словами, догадавшись, что он сказал: «Присмотрите за моей женой», – и вместе с нищим скрылся за углом. Спустя несколько минут он вернулся и сказал, улыбаясь:

– Больше он ни к кому не будет приставать.

По выражению его глаз Ева поняла, что его буквально переполняла радость, что он просто счастлив – причем сильнее, чем за те двое суток, что они провели вместе.

– Что ты с ним сделал?

Но Игорь заказал еще водки. Они пили до конца вечера – Игорь был весел и улыбался, а она пыталась понять, как он обошелся с бродягой: может быть, дал ему денег, чтобы тот смог выбиться из нищеты, – он ведь всегда проявлял щедрость к тем, кому не повезло.

Лишь когда они поднялись в свой номер, Игорь заметил как бы мимоходом:

– Я научился этому еще в юности, когда оказался на несправедливой войне и сражался за идеалы, в которые не верил. С нищетой можно покончить раз и навсегда.

Нет, Хамид наверняка обознался – Игорь не мог быть здесь. Да и виделись они лишь однажды, когда Игорь раздобыл адрес их лондонской квартиры и пришел умолять Еву вернуться. Хамид не впустил его, пригрозив вызвать полицию. Целую неделю после этого она не выходила из дому под предлогом головной боли, она точно знала: Ангел Света превратился в Абсолютное Зло.

Она снова берется за свой телефон и перечитывает сообщения.

«Катюша». Только один человек на свете способен назвать ее так. Человек, который живет в ее прошлом и делает невыносимым ее настоящее, сколь бы защищенной, удаленной, живущей в мире, куда ему доступа нет, она ни чувствовала себя.

Тот самый человек, который по возвращении из Иркутска – он словно сбросил тогда невыносимое бремя – начал более свободно и откровенно рассказывать ей о том, какие тени заполняют его душу.

«Никто, никто решительно не смеет угрожать нашей близости. Мы потратили достаточно времени, чтобы создать более справедливое и более гуманное общество. И тот, кто не желает уважать нашу свободу, должен быть изгнан – причем так, чтобы и в голову больше не приходило вернуться».

Ева опасалась спрашивать, что означает это «так». Она всегда думала, что знает своего мужа, но в последнее время ей все чаще стало казаться, что в нем просыпается какой-то дремлющий вулкан, от которого во все стороны расходятся ударные волны.